Вестник гражданского общества

Осторожно, милиция!

18 апреля на Тверской

18 апреля в Москве произошло необычное событие – около 200 человек перекрыли Тверскую улицу и беспрепятственно прошли от Пушкинской площади до Белорусского вокзала, неся впереди большую растяжку «НЕТ МЕНТОВСКОМУ БЕСПРЕДЕЛУ» и скандируя «Выйди на улицу – верни себе город!». По пути манифестанты раздавали прохожим листовки, раскрывающие суть мероприятия: «Против милицейского беспредела» и «Советы по общению с милицией». Это видело, фотографировало и даже снимало на видео множество людей, выложивших свои впечатления в интернете. А вот как это событие было прокомментировано официально: «Бойцы ОМОНа в пятницу вечером были вызваны на Тверскую улицу в Москве, где около 20 футбольных болельщиков пытались перейти дорогу в неустановленном месте, сообщил РИА Новости источник в правоохранительных органах столицы».
Не менее странное происшествие случилось в нашем городе за две недели до этого. 4 апреля возле станции метро «Сокольники» произошло массовое избиение молодых людей сотрудниками милиции, избиение началось на площади перед метро и продолжилось в отделении милиции. Один из избитых милиционерами юноша был госпитализирован – от применения электорошокера у него начался сердечный приступ. Это нападение милиционеров на спокойно стоящих молодых людей также произошло при большом количестве свидетелей, было заснято на видео и фото, широко обсуждалось в интернете и прессе, но в официальных источниках оно значится как драка неформалов, которую пресекли вызванные жителями окрестных домов все те же доблестные бойцы ОМОНа.
11 апреля молодые анархисты – друзья избитых в Сокольниках неформалов - организовали акцию протеста «Остановим милицейский беспредел», но мирная и разрешенная акция (ее участники преимущественно сидели на ступенях перед памятником Кириллу и Мефодию на Славянской площади) была вновь жестоко подавлена милицией: людей снова избивали, волокли в автобусы, и затем 15 из них сутки продержали в ОВД. В официальных сводках ГУВД того дня никакие задержанные не значились.
Эта дикая вакханалия жестокости милиции по отношению к молодежи и не менее дикая ложь официальных представителей ГУВД Москвы началась не 4 апреля, а значительно раньше. Приведу один из примеров, которые не попали в поле зрения широкой общественности. 29 марта состоялся санкционированный Марш за добровольную армию в районе ВВЦ. Перед маршем ОМОН проводил облаву на всех молодых людей, которые находились в этом районе, их хватали, загружали в автозаки и развозили по ОВД. На следующий день после Марша я беседовала с несколькими подростками, которых задержали возле метро «ВДНХ». Их отвезли в ОВД «Свиблово», так как все ближайшие к ВВЦ отделения были уже заняты. Никаких протоколов о задержании не составляли. Продержав людей 3 часа в обезьяннике, куда их согнали всех вместе – взрослых и несовершеннолетних, мужчин и женщин, их стали отпускать по двое с интервалом в 15 минут. Двух оставшихся последними молодых людей двое пьяных сотрудников в штатском, державшие себя как начальники (материли остальных сотрудников ОВД), раздели догола и избили, били по туловищу и голове, били профессионально, не оставляя следов. Потом отпустили на все четыре стороны.
Но и этот случай далеко не первый. Вот уже более двух месяцев, как московская милиция регулярно задерживает подростков, преимущественно панков, на улицах города, забирает у них паспорта и доставляет в районные отделения ОВД, где с них снимают отпечатки пальцев, фотографируют, как преступников – в фас, в профиль и во весь рост на фоне линейки, переписывают паспортные данные, проверяют содержимое карманов и сумок и затем отпускают. Родителей в известность о том, что их несовершеннолетние дети доставлены в отделение милиции, не ставят. Никаких обвинений детям не предъявляют – и в самом деле, нельзя же написать в официальных бумагах, что задержали подростков на основании их внешнего вида, так как никаких других «проступков» за задержанными детьми нет. Милиция явно и бессовестно использует абсолютную правовую безграмотность наших детей, которых в школе обучают чему угодно, но только не основам права и умению защищать себя от правового произвола. Я разговаривала со многими подростками, подвергшимися незаконным задержаниям, они напуганы и совершенно уверены, что никаких методов защиты от милиции у них нет.
Не будучи юристом, используя общедоступную информацию, перечислю незаконные действия, регулярно совершаемые сотрудниками московской милиции:
- необоснованная и, следовательно, незаконная проверка документов;
- незаконное изъятие паспорта;
- необоснованное и, следовательно, незаконное задержание;
- необоснованный и, следовательно, незаконный обыск (причем, в отсутствии понятых);
- необоснованные и, следовательно, незаконные регистрация, дактилоскопия, фотографирование, без добровольного письменного согласия на эти процедуры и без присутствия и письменного согласия родителей, если задержанным нет 18 лет;
- не предоставление задержанным права сообщить о своем месте пребывания близким, тем более что в случае с несовершеннолетними детьми, это должно быть сделано в обязательном порядке, и тоже не делается.
Таким образом, в действиях сотрудников милиции присутствуют нарушения:
1. Закона «О милиции», ст. 5 и ст. 11. п. 2 и п.15.
2. Устава Патрульно-постовой службы, п.100.
3. Положения о паспорте гражданина РФ, п. 22.
4. Кодекса об административных нарушениях РФ, ст.19.17 и ст.27.7.
5. Приказа ГУВД Москвы № 98 от 22 февраля 2003 г., п.1, пп.1.1.

Первое упоминание в СМИ об этом милицейском беспределе появилось еще в феврале (статья Бориса Кораблева «Не бил, не состоял...», «Время новостей» № 31, 27 февраля 2008 г.). Это было перед выборами президента, и речь шла о том, что милиция зачищает город от неформально выглядящей молодежи, и что на этот счет существует негласный приказ по МВД, инициатива которого исходит от ФСБ. Условно это «профилактическое мероприятие» назвали «операция "Подросток"». Начальник ГУВД по Москве господин Пронин тогда яростно открестился от этих сведений, через пресс-службу ГУВД он уверил общественность, что никакой «операции "Подросток"» не существует, а те незаконные задержания детей, которые имели место – это «перегибы на местах», и «виновных обязательно накажут».
Я с полной ответственностью за свои слова утверждаю – генерал Пронин солгал, задержания подростков не только не прекратились, они все больше набирают обороты, ежедневно множество детей оказываются в отделениях милиции только за то, что они неправильно одеты с точки зрения «блюстителей порядка» (вы понимаете, что без кавычек это выражение в данной ситуации применить к сотрудникам милиции невозможно). И это может быть только следствием существующего приказа сверху, а не «перегибом на местах». Сами милиционеры, производящие задержания, не скрывают, что делают это в рамках проходящей операции, что ими получен такой приказ. Но эти сведения они готовы предоставить только кулуарно, в анонимных беседах или когда разговаривают с самими задержанными подростками, без свидетелей и без документальных подтверждений.
Я попросила прокомментировать сложившуюся ситуацию председателя правозащитной организации «Комитет за гражданские права», члена Экспертного совета при уполномоченном по правам человека в Российской Федерации Андрея Бабушкина. По его словам, существует приказ ГУВД по Москве № 231, который предписывает усиление борьбы со скинхедами в связи с большим количеством избиений и убийств на почве ксенофобии. Этот приказ позволяет сотрудникам милиции задерживать на улицах города всех, кто кажется им по внешнему виду похожими на скинхедов, и вносить их в базу данных как неблагонадежных, особое внимание предписано уделять подросткам в возрасте от 12 до 18 лет. Никаких упоминаний об этом приказе в открытых источниках я найти не смогла.

Наверное, пора объяснить, почему эта проблема столь сильно меня волнует и почему я в нее настолько углубилась. Дело в том, что моя дочь – панкушка. Она так себя называет. Это означает, что она слушает пак-рок, обожает солиста группы «Тараканы» Диму Спирина, зачитала до дыр его автобиографическую книгу и старается не пропускать нечастые концерты его группы с таким неэстетичным названием. Потом ей захотелось одеваться, как ее кумир, то есть в футболки с фотографиями панк-музыкантов, кожаную куртку-косуху и высокие ботинки на шнуровке. И, конечно, она стала находить друзей по интересам.
Поначалу я переживала, что эти новые друзья панки мою девочку «научат плохому». Но потом успокоилась – они оказались обычными московскими подростками, причем, часто более приятными в общении, чем многие их сверстники, в них нет ни агрессии, ни снобизма – тех крайностей, которые часто встречаются в подростковой среде. И, в конце концов, в словах песен «Тараканов» больше смысла, чем в попсовых хитах «Мальчики танцуют, девочки танцуют» или «Ты целуй меня везде, 18 мне уже». Да и с косухой я со временем примирилась, хотя считаю, что юная девушка должна одеваться более романтично. Но в 15 лет человек имеет право на собственный вкус и свой выбор стиля одежды.
Опасаться, оказывается, нужно было другого – агрессивных молодежных группировок, так называемых бонов (неонацистов) и хулсов (футбольных фанатов), которые нападают на мирных панков и избивают их. Причем, в отличие от добродушных любителей песен «Тараканов» и «Оргазма Нострадамуса», эти озлобленные детки с битами и кастетами явно имеют покровителей и организаторов среди взрослых. В прошлом году я сама наблюдала такого «куратора» – на встрече уже, слава Богу, бывших депутатов Госдумы Бабурина, Савельевой и Алксниса с «избирателями» возле фонтана «Каменный цветок» на ВВЦ. Некий господин Артемов инструктировал своих подопечных, часть из которых носила нацистскую атрибутику, как нужно отлавливать и избивать подростков в «неформальной» одежде. Депутаты этому не препятствовали, а когда я попыталась обратить их внимание на явное нарушение всех норм морали и права, происходящее на их глазах и с их попустительства, лоснящийся от сытой жизни «народного избранника» Бабурин начал громко интересоваться моей национальностью.
Но и эта опасность оказалась не самой серьезной. Самую большую опасность для подростков, оказывается, представляет милиция. 13 марта этого года около 16 часов на территории ВВЦ возле площади с ракетой задержали мою дочь и ее одноклассника. Им обоим по 15 лет, выглядят они на свой возраст. Паспортов у них при себе не было, но не существует закона, который бы предписывал подросткам гулять по родному городу с паспортом в кармане. Два милиционера заставили детей сесть в уже переполненную взрослыми задержанными (по виду - гастарбайтерами с местной стройки) «Газель» и привезли их в отдел милиции при ВВЦ. Там их заставили вывернуть карманы и сумку, записали со слов их данные, затем заставили из самих дать письменные сведения о себе, сняли отпечатки пальцев и сфотографировали в фас, в профиль и во весь рост на фоне линейки. Через полтора часа их отпустили. О том, что они задержаны, сотрудники милиции родителям не сообщили, более того, они заставили их выключить телефон, солгав, что на территории отдела милиции нельзя пользоваться мобильными телефонами. Перепуганные дети им поверили.
В тот же день я написала о произошедшем в своем блоге в Живом Журнале. Этот пост попал в топ 5 самых обсуждаемых тем, так как проблема серьезная и касается самого важного – безопасности наших детей. Очень многие блоггеры, принявшие участие в обсуждении поста, советовали мне написать заявление в прокуратуру на сотрудников Отдела милиции ВВЦ, совершивших незаконное задержание детей.
Я не написала заявление сразу, посчитав, что сотрудники милиции, которые по закону должны понести наказание, начнут защищаться и оказывать давление на мою дочь и ее одноклассника. А так как независимых свидетелей произошедшего не было, а среди своих сослуживцев и тех же бесправных гастарбайтеров милиционеры всегда «найдут» тех, кто даст выгодные им свидетельские показания, то шансы на справедливость и восстановление закона у меня не велики.
Но за следующую неделю на том же ВВЦ и возле станции метро «ВДНХ» (это место патрулирует ОВД «Алексеевское») мою девочку дважды чуть не забрали в отделение снова. В первый раз – возле метро – но рядом оказался ее отец, которому она позвонила, и он смог отбить ребенка от незаконного преследования сотрудников милиции (собственно, увидев, что на защиту ребенка встал взрослый человек, эти «стражи порядка» просто убежали). Во второй раз – опять в центре ВВЦ – дочка отбилась сама. Очевидно, ее спасло то, что у нее вместо паспорта теперь с собой его ксерокопия – милиционер повертел ее в руках и отдал обратно. А две другие девочки, с которыми гуляла моя дочь - им тоже по 15 лет - отдали в руки милиционеров свои паспорта, и они им их не вернули, тем самым заставив девочек сесть в свою машину. К счастью, девочки успели позвонить родителям, и это слышали милиционеры, поэтому их не подвергли ни обыску, ни дактилоскопии, а зафиксировав привод в ОМ и переписав их паспортные данные, быстро отпустили. Кстати, на этот раз милиционеров было трое, они сидели в легковом автомобиле и, увидев трех юных девушек без взрослых и без мальчиков-ровесников, попытались заставить их сесть в свою машину. И кто знает, что могло произойти, если бы девочки не дозвонились до родителей?
Надо сказать, что на ВВЦ и возле него моя дочь оказывается каждый раз не случайно – мы живем там, рядом с ВВЦ. И другого места для прогулок у нее просто нет. Поняв, что вопрос стоит уже о том, сидеть моей дочери дома взаперти или каждый раз при выходе на улицу подвергаться риску быть задержанной, так как возраст у нее подозрительный с точки зрения московской милиции, я ясно увидела, что другого способа защитить своего ребенка, кроме как писать во все инстанции, у меня нет. Поэтому я написала заявления в межрайонную Останкинскую прокуратуру и в Инспекцию по личному составу ГУВД по Москве, а, кроме того, обратилась к депутату Мосгордумы Сергею Митрохину и изложила ему суть происходящего, после чего Митрохин послал запрос на имя начальника ГУВД по Москве генерала Пронина, с просьбой «провести служебную проверку и привлечь к дисциплинарной ответственности виновных в необоснованном доставлении подростков» в милицию.
С тех пор прошло больше месяца. Прокуратура не подает признаков жизни. Милиция, напротив, проявляет активность, вызванную запросом депутата МГД, но активность эта направлена исключительно в мой адрес. По заведенному у чиновников всех родов правилу бумаги спустили сверху вниз. Первым отреагировал заместитель начальника ОМ ВВЦ подполковник Сотников, пригласивший меня побеседовать «по душам». Он не скрывал, что предпочел бы, чтобы свое заявление я забрала. Я не согласилась. Тогда он прямым текстом мне сказал, что толку от моего заявления все равно не будет, потому что все, что он может сделать, это наказать тех ППСников, которые задержали мою дочь, штрафом. Но делать этого он не хочет, потому что они могут в ответ положить заявление об уходе, а у него и так людей катастрофически не хватает (и это правда, личный состав отдела милиции на ВВЦ сильно сократили, так что за порядком на такой большой и сложной территории следить почти некому). Надо сказать, что наш разговор с подполковником и еще двумя офицерам милиции, присутствовавшими при этом, получился довольно откровенным. «Понимаете, на каждый официальный приказ существует несколько внутренних распоряжений, которые противоположны по смыслу публичному приказу, но мы обязаны им следовать», - сказал мне один из милиционеров. Он подтвердил, что пресловутый приказ № 231, из-за которого мою дочь-школьницу задержали, обыскали и дактилоскопировали только потому, что на ее ногах были высокие ботинки на шнуровке, тоже из числа тех самых, внутренних, негласных. Что по всей Москве милиция выполняет этот приказ, забирая без разбора всех подростков, причем часто в их руки попадают одни и те же дети, так как общей базы все равно нет, и все собранные данные – отпечатки пальцев, биографические сведения, фотографии – хранятся в самих ОВД. Но, несмотря на доброжелательный тон беседы напоследок подполковник Сотников не преминул заметить, что если что, местные бомжи всегда дадут те показания, которые понадобятся.
Спустя несколько дней после беседы в ОМ ВВЦ мне позвонил не назвавший своих должности и звания господин Алексеев из УВД СВАО и пригласил к себе, так как «должен меня опросить». На мой ответ, что опрашивать следовало бы не меня, а тех, кто незаконно задержал мою дочь, он сухо ответил, что отказаться – мое право. На всякий случай я заметила, что все подробно изложила в своем заявлении и добавить к нему мне нечего. «Вам придет письменный ответ в установленный срок», - закончил разговор Алексеев тоном, который не оставил мне никакой надежды на то, что я получу что-то кроме формальной отписки. Но и ее я не получила. К данному моменту – когда прошли все официальные сроки, отпущенные на проверку и ответ на заявления граждан – ни из Останкинской прокуратуры, ни из Инспекции по личному составу я ответа не получила.

Во всех этих историях с незаконными задержаниями подростков и молодежи больше всего поражает какой-то вопиющий, запредельный непрофессионализм милиции, чья работа по своей эффективности напоминает пушкинского старика, закидывающего невод в пучину морскую. И еще более запредельный цинизм руководства московской милиции, которое, с одной стороны, не гнушается нагло лгать обществу, а с другой стороны, подставляет своих же сотрудников, которые вынуждены все время находиться между молотом закона и наковальней негласных распоряжений, эти законы нарушающих.

Я много думала над тем, почему вообще происходит то, о чем я сейчас пишу. Зачем нужно задерживать неформально одетую молодежь, большинство из которых дети от 13 до 17 лет, никому не причиняющие никакого зла? И зачем для этого нужно отвлекать милицию от ее основного дела – ловить преступников, которых так много в нашей столице? Никакого разумного, поддающегося здравой логике объяснения я найти не смогла. Тогда я стала задавать этот вопрос самим подросткам, среди которых многие за последние два месяца подвергались незаконным задержаниям по 2, 3, 4, 5 раз. Знаете, что говорят дети? Они убеждены, что новый президент Медведев не любит неформалов и поэтому их ловят и переписывают - в двух главных городах России – Москве и Санкт-Петербурге (там этот милицейский беспредел начался еще раньше, чем у нас).
Не думаю, что все так просто, как рассуждают дети. Медведев – не сказочный Карабас-Барабас. Но то, что детей – аполитичных, какими и должны быть дети, интересующихся в основном музыкой - буквально толкают на протест против прессующей их системы, то, что многие из них станут последователями Лимонова или коммунистов – это факт. Я уверена, что большинство пойдет именно за этими политическими течениями, которые бредят революциями, а не реформами, потому что юности свойственен максимализм. И снова я не понимаю, зачем это делается. Система власти в нашей стране, лишенная возможности обновляться, удалившая всех конкурентов, настолько глупа, гнила и не способна адекватно оценивать свои действия, что сама рубит сук, на котором сидит? Или это хитрый маневр, направленный на сознательное нагнетание обстановки страха, агрессии, неприязни в обществе? А что потом? Кто истинный фигурант этой спецоперации? Медведев, который по чьему-то замыслу не должен задержаться в кресле президента? Или наоборот, после инаугурации он на белом коне триумфально разрулит все искусственно созданные проблемы?
Все эти силлогизмы мне не нравятся, потому что сильно грешат теорией заговора и попахивают паранойей. Но такова наша действительность – мы живем в обстановке всеобщей паранойи. Потому что, если милиция занята тем, что, нарушая все законы, ловит на улицах двух столиц одетых в панковский прикид безобидных детей и не обращает внимания на все более агрессивно ведущих себя неонацистов, убивающих людей на улицах тех же городов, то это страшно, господа, это очень страшно.


РИММА ПОЛЯК

11.05.2008

вестник "МОСТОК"

Обсудить в блоге



На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.017596960067749