Вестник гражданского общества

21.07.2015

В Ростове начался суд над крымским кинорежиссером Олегом Сенцовым

Олег Сенцов на заседании суда 21 июля 2015 г. Фото: REUTERS

21 июля в Ростове начался судебный процесс по «делу о крымских террористах». В подготовке диверсий и терактов на аннексированном Россией полуострове обвинены четверо жителей Крыма, среди них – кинорежиссер Олег Сенцов. Он находится под стражей уже больше года. Вместе с ним на скамье подсудимых – анархист Александр Кольченко. Сенцов и Кольченко свою вину категорически отрицают.

Обвинение основывается на показаниях двух других обвиняемых – эти сведения, как заявляла сторона защиты, получены у них под давлением или под пытками. Однако формально Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний признали свою вину, согласились на особый порядок рассмотрения своих дел и уже получили по 7 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Адвокат Чирния Алексей Новиков пытался добиться пересмотра приговора, поскольку, по его мнению, в деле есть явные признаки самооговора подсудимого. Сам Чирний, однако, подтвердил, что подписал договор со следствием добровольно, после чего Новикова отстранили от участия в его защите.

Давление и пытки применялись, по заявлениям правозащитных организаций, и против самого 41-летнего Сенцова. В докладе миссии Управления Верховного комиссара ООН по правам человека на Украине отмечено, что – согласно показаниям Сенцова – ему на голову надевали полиэтиленовый пакет, душили до обморочного состояния, избивали руками и дубинкой, угрожали изнасилованием и убийством. Сенцов не скрывает своих политических взглядов, как и того, что являлся активистом "Автомайдана" и во время крымского кризиса поддерживал движение за единую Украину, покупал и развозил продукты и предметы первой необходимости украинским воинским частям.

Дело «крымских террористов» рассматривает тройка судей под председательством зампреда Северо-Кавказского окружного военного суда Сергея Михайлюка. С 2015 года в России принята поправка в законодательство о том, что дела по терроризму рассматривает военный суд. Таких судов в России всего два, один в Москве, один в Ростове-на-Дону.

На первом заседании суда гособвинитель зачитал заключение. Обвинение считает, что Сенцов, «позиционирующий себя как представитель организации "Правый сектор", <…> создал группу для совершения в соответствии с идеологией "Правого сектора" совместных действий, дестабилизирующих деятельность органов власти Российской Федерации, создаваемых на территории Республики Крым, в целях воздействия на принятие ими решения о выходе Республики Крым из состава Российской Федерации, а именно к совершению взрывов, поджогов, а также уничтожению имущества лиц, поддерживающих вступление Республики Крым в состав Российской Федерации».

По версии следствия, в марте 2014 года Сенцов получил указание от запрещенной в России организации "Правый сектор" совершить теракт «для дестабилизации обстановки и воздействия на органы власти» (цитата по "Медиазоне").

В апреле того же года Сенцов якобы предложил взорвать памятник Ленину, а взрыв должен был организовать Чирний. Позднее к «группировке» примкнул и Кольченко. Сенцова также обвиняют в том, что он приказал Чирнию, Кольченко и другим активистам поджечь «Русскую общину Крыма» и офис «Единой России».

На судебных процессах по продлению меры пресечения, которые проходили в Лефортовском суде Москвы, Олег Сенцов заявлял о своей невиновности и о сфабрикованности обвинения.

В ходе первого заседания в Северо-Кавказском окружном военном суде Ростова-на-Дону Олег Сенцов также не признал вину. «Я считаю это дело политическим и сфальсифицированным», - пояснил свою позицию режиссер, добавив, что «не считает этот суд за суд».

На скамье подсудимых рядом с Сенцовым еще один гражданин Украины - Александр Кольченко, которого в России обвиняют в совершении теракта и участии в «организованной Сенцовым террористической группе».

Российское правосудие считает их гражданами Российской Федерации, хотя сами они не изъявляли желания получить российский паспорт. В январе суд в Симферополе отказал Кольченко в сохранении украинского гражданства на том основании, что тот не подал вовремя соответствующее заявление.

Сам Кольченко и его защита пытались доказать, что, во-первых, лишение властями одной страны гражданства другой противоречит и международному праву, и законодательству обеих этих стран. Во-вторых, Кольченко не смог подать заявление о сохранении гражданства Украины, так как был под арестом.

Вопрос гражданства обвиняемых несколько раз поднимался в ходе следствия и на суде. В частности, адвокаты Дмитрий Динзе и Светлана Сидоркина обратились к суду с просьбой разрешить консулу Украины посещать Сенцова и Кольченко в СИЗО. Судья отказался, отметив, что, согласно материалам дела, Кольченко и Сенцов являются гражданами России. Зато было удовлетворено ходатайство о встречах с родственниками: у Сенцова в Крыму жена и двое детей-подростков, у одного из которых аутизм.

На Украине аресты Сенцова, Кольченко и двух других фигурантов дела квалифицируют как «незаконное лишение свободы» и «похищение».

Украинское интернет-издание «Центр журналистских расследований» 10 июля опубликовало статью «Дело Сенцова. Исполнители», в которой назвало имена тех сотрудников крымских спецслужб, которые задерживали Сенцова и других фигурантов дела.

«По данным наших источников, исполнителями операции по незаконному задержанию проукраинских активистов были четверо бывших сотрудников крымского главка СБУ: полковник Дмитрий Васильков (16 лет отслужил в органах безопасности Украины), подполковник Александр Кулабухов (служил в органах безопасности 17 лет), майор Александр Зинченко (15 лет отслужил в органах безопасности Украины) и лейтенант Сергей Марков (отслужил в органах безопасности Украины 11 лет)», — говорится в статье.

После присоединения Крыма к России все они присягнули России и сейчас служат в крымском управлении ФСБ.

Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний, которые уже осуждены на семь лет колонии строгого режима каждый, на судебном процессе в Ростове-на-Дону будут выступать главными свидетелями обвинения. Услышит ли публика их выступления, так же, как и показания других свидетелей, зависит от суда. На предварительных слушаниях решили, что процесс будет открытым, за исключением тех заседаний, где будут рассматривать десятый том уголовного дела. Его было решено засекретить: именно там содержатся допросы свидетелей обвинения, в том числе показания Алексея Чирния и Геннадия Афанасьева.

В защиту Сенцова выступают десятки всемирно известных кинематографистов (включая даже приближенного к Кремлю Никиту Михалкова) и тысячи общественных деятелей из разных стран. Акции в его поддержку второй год организовывают самые крупные международные фестивали. Московский режиссер Аскольд Куров работает над фильмом о судьбе Сенцова и собирается на суд в Ростов.

Украина объявила Сенцова политзаключенным и потребовала незамедлительно его освободить.

В 2011 году Олег Сенцов снял малобюджетный фильм «Гамер», получивший несколько международных призов. В 2013 году режиссер приступил к съемкам своего второго фильма, «Носорог».

Журналист, член Общественной наблюдательной комиссии Москвы Зоя Светова регулярно посещала обвиняемых в Лефортовской тюрьме. Накануне судебного процесса она дала интервью французскому RFI.

«RFI: Чего вы ждете от этого судебного разбирательства? Каковы возможные сценарии?

Зоя Светова: Сам факт того, что этот процесс начинается в Северо-Кавказском окружном военном суде, что он перенесен в Ростов-на-Дону, подальше от журналистов, поскольку это дело политическое, говорит о том, что вряд ли можно ожидать какого-то справедливого решения. Это дело слушается в военном суде, хотя Олег Сенцов не является военнослужащим. Но теперь, по новому закону, все дела о преступлениях, связанных с терроризмом, слушаются в военных судах. Но в Москве тоже есть Московский окружной военный суд.

Процесс открытый?

Процесс вроде бы пока открытый. Но насколько я слышала, на предварительных слушаниях, которые состоялись, по-моему, неделю назад, было решено, что процесс будет открытым, кроме тех заседаний, когда будет слушаться десятый том — показания свидетелей. Мы знаем, что в судебном процессе очень много времени занимают выступления и показания свидетелей. Процесс фактически хотят сделать закрытым от публики. Чтобы никто не узнал, как это дело фальсифицировалось и фабриковалось.

Известно, что при задержании всех фигурантов этого дела пытали. Об этом говорил сам Олег Сенцов. Об этом же говорил Алексей Чирний, это историк, преподаватель одного из исторических факультетов в Симферополе. Он уже осужден на семь лет лишения свободы по этому делу, потому что он уже признал свою вину и оговорил Олега Сенцова. И на этом процессе в Ростове-на-Дону он будет свидетелем обвинения.

Я не очень поняла, будут ли закрыты те слушания, когда сторона защиты будет допрашивать своих свидетелей. Там еще есть такая интересная вещь, что многие свидетели защиты проживают на Украине. Понятно, что кто-то из них не приедет на суд из-за соображений безопасности. То есть их показания, наверное, будут зачитывать адвокаты.

Еще мне очень странно, что на процесс председательствует судья Михайлюк, который никогда, насколько я слышала, не рассматривал дела о терроризме. Он был председателем Краснодарского гарнизонного суда и рассматривал дела о мошенничестве, о кражах, о дезертирстве. То есть такие несложные уголовные дела. А здесь мы имеем дело с очень сложным многотомным уголовным делом, где людей обвиняют в очень страшных преступлениях, за которые они могут получить до 20 лет лишения свободы. Я имею в виду Олега Сенцова и Александра Кольченко, которые не признают свою вину.

Как вам кажется, возможен ли такой вариант, как обмен Сенцова и Кольченко на пленных сепаратистов?

Дело в том, что Олег Сенцов и Александр Кольченко не являются военнопленными. Поэтому я не думаю, что их могут менять на сепаратистов. Если бы речь шла об обмене, скорее, их могли бы менять на каких-то российских военнослужащих. Но, повторюсь, они не являются военнослужащими.

Если считать, что Сенцов и Кольченко находятся в так называемом обменном списке, если их на кого-то менять, то для этого они должны быть осуждены.

Есть еще вероятность того, что их должны осудить, а потом Украина должна их запросить и их, может быть, экстрадируют в Украину. Но здесь есть маленький нюанс. Российская Федерация не признает того, что Олег Сенцов и Александр Кольченко — украинские граждане. Вроде бы в материалах уголовного дела считается, что Сенцов и Кольченко — граждане России. Но сам Сенцов говорит о том, что он украинский гражданин. Сегодня на судебном процессе он заявил, что хотел бы встретиться с консулом. В очередной раз ему в этом было отказано. Точно не понятен его статус. Признает ли Россия, что у него двойное гражданство — украинское и российское — или же его упорно считают российским гражданином, потому что он жил в Крыму. А Крым, как известно, Россия присоединила к себе.

На самом деле, с точки зрения юридических вещей, и того, что говорят адвокаты и люди, знакомые с делом Сенцова, там нет состава преступления по терроризму. Ведь то, что доказано, то, что имело место из тех преступлений, в которых обвиняют Сенцова и Кольченко — это поджоги двух зданий в Симферополе: офиса «Единой России» и офиса «Русской общины Крыма». Там были небольшие поджоги, где просто какие-то двери были обожжены. Эти события никак нельзя квалифицировать как террористические акты. Поджоги — это статья «хулиганство». Если бы суд разбирался в этих преступлениях, которые якобы были совершены, наверное, можно было бы переквалифицировать это дело с терроризма на хулиганство. Тогда Сенцов и Кольченко должны были быть освобождены, потому что они уже целый год отсидели.

Но кроме того их обвиняют в подготовке террористических актов в Крыму: в подготовке подрыва памятника Ленину, мемориального комплекса Неизвестному солдату. Но этих терактов не было.

Обвинение строится на показаниях двух других обвиняемых?

Да, на показаниях двух других людей, которые оговорили (себя) под пытками. И поскольку уже есть два приговора, вступившие в силу, и на суде они наверняка будут повторять свои прежние показания, то судье будет очень сложно отойти от этих показаний и, например, переквалифицировать дело на хулиганство.

Зная судебную практику в России, можно заранее сказать, что приговор будет обвинительный, и что Сенцова и Кольченко признают виновными в террористических действиях.

Самое удивительное, что в обвинительном заключении указана мотивация — зачем Олег Сенцов якобы создал ячейку «Правого сектора» в Крыму, зачем он планировал все эти террористические акты, которые, как мы знаем, так и не произошли. Я думаю, что он ничего и не планировал.

Мотивация, написанная в обвинительном заключении, звучит таким образом: «Он создал группу для совершения, в соответствии с идеологией „Правого сектора“, совместных действий, дестабилизирующих деятельность органов власти Российской Федерации, создаваемых на территории республики Крым, в целях воздействия на принятие ими решения о выходе республики Крым из состава Российской Федерации. А именно к совершению взрывов, поджогов, а также уничтожению имущества лиц, поддерживающих вступление республики Крым в состав Российской Федерации».

Если перевести этот юридический язык на русский, речь идет о том, что Олег Сенцов планировал террористические акты для того, чтобы заставить российское правительство отменить аннексию Крыма. То есть это совершенно полный бред, потому что поджог офиса «Единой России» никак не мог заставить российское правительство объявить о том, что Крым должен вернуться в Украину.
А если посмотреть по датам, он планировал эти взрывы тогда, когда Крым еще в составе Украины. Не сходится время планирования этих ужасных, страшных преступлений, о которых говорится в обвинительном заключении.

Когда вы в последний раз виделись с Олегом Сенцовым?

Наверное, это было буквально накануне его этапирования в Ростовскую область, где-то три недели назад.

О чем он говорил? Какой у него был настрой?

У Олега было очень хорошее настроение, очень боевое. Потому что он больше года провел в Лефортовской тюрьме. Это очень строгая тюрьма, где нет связи с внешним миром, где только есть телевизор. Он получал «Новую газету». У него все время менялись сокамерники. Некоторые из них оказывали на него психологическое воздействие. Ему там очень было тяжело сидеть в таком информационном вакууме. Какое-то время он не получал писем из дома. С Украины его письма задерживали. Ему хотелось скорее уехать из этой тюрьмы, и чтобы скорее начался судебный процесс, чтобы его судьба решилась, чтобы поскорее это все закончилось и была бы какая-то определенность. Чтобы было уже понятно: 20 лет значит 20 лет (тюремного заключения), обмен значит обмен.

В прошлом году после ареста обвиняемых по этому делу многие режиссеры, в том числе и российские, даже Никита Михалков, высказывались в поддержку Олега Сенцова. Как вам кажется, есть ли в России широкая кампания в его поддержку?

Нет, к сожалению в России нет никакой кампании в поддержку Олега Сенцова. Есть только такой режиссер Аскольд Куров. Этот человек снимает сейчас фильм об Олеге Сенцове. Он записывал ролики разных кинорежиссеров, не только зарубежных, но и русских. Было несколько российских режиссеров, которые высказались в поддержку Сенцова. Но, насколько я знаю, Никита Михалков публично не захотел высказаться. Год назад на Московском Международном кинофестивале он поддержал Украинский союз кинематографистов и сказал, что обратится в Следственный комитет, в ФСБ или куда-то, чтобы поддержать Сенцова. Но через год он сказал, что послал запрос, и пришел ответ, что он (Сенцов) действительно виновен в террористической деятельности, и суд разберется. Никита Михалков по сути дела не захотел сам разобраться в деле Сенцова, а удовлетворился тем, что ему ответили из следственного управления ФСБ или из администрации президента, не знаю, куда он писал.

Режиссеры первого ряда, такие, например, как Звягинцев, Лунгин ничего не сказали в защиту Олега Сенцова.

Были молодые режиссеры, которые не боялись высказываться в его защиту, но такой широкой кампании, которая есть на Западе, нет. На Каннском фестивале висел портрет Сенцова, на Берлинском фестивале тоже говорили об Олеге Сенцове. Удивительным образом поддержка есть на Западе, но в России такой большой поддержки нет.

Международный резонанс, который приобрело это дело, достаточно сильный, чтобы повлиять на российское правосудие?

Нет, на российское правосудие, как известно, повлиять невозможно. Потому что российское правосудие формально вроде бы как независимо. Но на самом деле оно абсолютно зависимо от власти. Я уверена на сто процентов, что решение, какой должен быть приговор по этому делу, уже есть у председателя Северо-Кавказского окружного военного суда в Ростове-на-Дону. Я не знаю, когда председателю этого суда передавали, каким должно быть решение, учитывался ли там международный резонанс или нет. Может быть, ему никто не звонил по телефону, и он сам уже знает, какое должно быть решение, поскольку он понимает конъюнктуру.

Поскольку это процесс политический, а политические судебные процессы у нас часто заканчиваются какими-то неюридическими вещами. Приговор не ставит точку. И если даже Олега Сенцова приговорят к 15–20 годам лишения свободы, я абсолютно уверена, что он не будет сидеть весь свой срок.

Сколько подобных дел в вашем поле зрения, которые заведены против граждан Украины в России?

И украинцы, и мы считаем, что есть 11 украинцев, которые содержатся в российских тюрьмах и, на мой взгляд, являются политическими заключенными. Они арестованы и привезены сюда, чтобы показать, что Украина планирует террористические акты, засылает сюда шпионов. Такого плана серьезные дела».

21 июля в город Донецк Ростовской области доставили еще одну украинскую заключенную России – Надежду Савченко . В этот же день ее защита подала жалобу на имя генерального прокурора России Юрия Чайки, заявив о незаконности передачи дела из Москвы в Ростовскую область.

Бывшая украинская военнослужащая, сейчас — депутат Верховной Рады от партии «Батькивщина» и член украинской делегации в Парламентской ассамблее Совета Европы Надежда Савченко находится под арестом в России с июля 2014 года.

Сначала ее обвинили в пособничестве убийству российских журналистов Игоря Корнелюка и Антона Волошина в Луганской области Украины. Позже обвинение переквалифицировали на более тяжкий состав — теперь Савченко обвиняют непосредственно в убийстве журналистов.

По версии следствия, в июне 2014 года под Луганском Савченко узнала координаты расположения российских журналистов ВГТРК и других гражданских лиц и передала их украинским военным, которые произвели артобстрел.

Савченко обвинения отрицает. В знак протеста она несколько раз объявляла голодовку.

Донецкий городской суд в Ростовской области назначил дату предварительного заседания по делу бывшей украинской военнослужащей Надежды Савченко на 30 июля. Об этом во вторник, 21 июля, сообщает «Интерфакс-Юг» со ссылкой на пресс-секретаря суда Татьяну Диеву. По словам Диевой, заседание начнется в 11:00 по московскому времени. Оно пройдет в закрытом режиме.


Вестник CIVITAS

Обсудить в блоге





На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.027932167053223