Вестник гражданского общества

Его стратегия



          В годы моей юности не было более утончённой антисоветской остроты, нежели уподобления коммунизма горизонту, движение к коему, как известно, бесконечно. Прошло четыре десятилетия и сходным стало движение путинской «Святороссийской» «федерации» к её геополитическим целям.     
          Я глубоко убеждён, что предрекаемая на рубеже позапрошлого и прошлого веков «русская идея» реализовалась в форме мировой псевдорелигии — ленинского большевизма и советского квазихалифата. Одним из доказательств этого является учение создателя философии «Общего дела» русского космиста Николая Фёдорова. Обратившись к области того, что я назвал бы «мессианской геополитикой», он предложил  следующий комплексный план преобразования мира. Прежде всего, «духовную» Британскую Индию надо было избавить от язычества и бусурманства. Для этого Российская империя должна  создать мощный флот и не менее мощную армию. Уничтожив британский флот и захватив Истамбул-Константинополь (во-первых, рассадник «бусурманизма», во-вторых, ключ для пути в Индию), российская армия выбивает британский колониализм с Индостана, после чего освобождённому индостанскому народу объявляется как-то так: мы хозяева Индостана и готовы наделить каждого индостанца землёй (и пусть честно трудится на ней), при соблюдении одного условия — индостанец  отбрасывает свои ложные  бусурманские и языческие верования и принимает веру православную. Мне кажется, что это просто идеальная схема ленинской аграрной политики, только с заменой православия на большевизм.
          Но дальновидный космист Фёдоров правильно пишет, что для надёжного владения Константинополем нужно предотвратить угрозу со стороны Австрийской империи. Сделать это можно, только взяв Вену. Но для обеспечения  надёжности обороны венских рубежей необходимо взять Берлин. Вот и готово обоснование расширения до Эльбы и Дуная советской империи Сталиным. Вот так оказались мудро предвосхищены и ленинский «Декрет о земле» и сталинские территориальные претензии в Ялте и Потсдаме.  Но это утопист-космист. 
          Когда 162 года назад разразилась Крымская война, то западные острословы, включая Карла Генриховича Маркса, в ответ на российскую пропаганду о неизменно сугубо оборонительных действиях Руси, иронично «удивлялись», как это исключительно обороняясь, Московское великое княжество, а затем и царство, а после Российская империя увеличили свою территорию в десятки раз. На это и тогда, и до сих пор  российские-советские-российские историки и пропагандисты отвечали и отвечают, что отсутствие серьёзных естественных рубежей вынуждает извечно страдающую от вражеских нашествий Русь обеспечивать безопасность, отодвигая рубежи.
          Строго говоря, этот довод настолько же универсален, настолько же несостоятелен. Самая лучшая естественная оборона у Британии. Поэтому её завоевали норманны, непрерывно атаковали набегами датчане, французская армия вмешивалась в династические споры. Францию «защищают» Пиренеи, Альпы, полноводный Рейн и Арагонские леса. Но мавры и испанцы доходили до середины нынешней Франции с юга, а немцы — с севера. Зато области германских народов не имели никакой естественной защиты. Что и служило Гитлеру предлогом для непрерывной экспансии.
          По итогам полутора веков непрерывной экспансии Российской империи в западном направлении наполеоновские маршалы пешком дошли до Москвы в два раза быстрее, чем через 129 лет после этого гитлеровские генералы на танках.
          Главный стратегический приз Александра I за участие в разгроме Наполеона: Варшава и две крепости на Висле - Модлин и Ивангород (которые Маркс  считал постоянной угрозой Вене и Берлину) - летом 1915 года превратились для Российской империи в огромную стратегическую ловушку.    
          Экспансия Российской империи подчинялась строгой логике. Балтийское побережье — это морские ворота в Западную Европу, к основному рынку сбыта. Владение бывшим великим герцогством Литовским — это возвращение земель бывшей Киевской Руси. Позиции в центральной Польше  превращали Российскую империю в европейскую державу. Владение Кавказом — это гарантия сухопутного пути к Истамбулу, в обход мощных крепостей и сухопутных укреплений со стороны Балкан. Владение Проливами и Истамбулом — это гарантия  для хлебного экспорта (основной валютной статьи бюджетного дохода), а также мост для экспансии на Ближний Восток, где опору для Российской империи видели в православных Сирии, включавшей тогда и Святую землю. Экспансия в направлении Центральной Азии была просто заполнением вакуума силы — брали, что плохо лежит. То же самое относилось к Сибири, Дальнему Востоку и Аляске. Владение Аляской после пары русско-индейских войн* показалось обременительным.  Экспансия Российской империи на Балканах поставила её 1878 году на порог войны со всем Западом, а главный приз России за победу в Восточной войне — независимая Болгария - довольно скоро переметнулась к Германии.
          Совсем другой была экспансия СССР. Будучи не просто империей, но мессианским альянсом «пролетарских» наций, Советский Союз пытался заполнить любую брешь в окружении и распространиться. Интересно, что Сталин дал обязательства западным союзникам ограничить свои запросы, и довольно честно обязательства соблюдал: бросил на произвол судьбы греческих коммунистических партизан; не рискнул бросить войска на свержение Тито, а просто проклял его пропагандистски. Когда Сталину отказали в итальянских колониях — Ливии и Сомали, а также в возможности получить базы на Проливах, отказ принял. Когда Трумэн велел прекратить эксперименты с Южным Азербайджаном и курдами — быстро ушёл из Ирана. Словом, что дали — то взял, а обкорнанную с востока Польшу наградил на Западе, даже выселив украинцев из отданных Польше земель. Даже в Корейской войне Сталин старался только сохранить за миром социализма зоны, занятые им в августе 1945, — Северную Корею и Маньчжурию.
          Поэтому некоторые дальновидные политики на Западе призывали не радоваться смерти имперца Сталина, справедливо опасаясь, что его преемники из старых большевиков возобновят ленинские планы по созданию, как это сказано в преамбуле Конституции СССР 1924 года, «Мирового Союза Советских Социалистических республик». И действительно, если Куба, Египет и Вьетнам были для СССР нечаянными подарками судьбы, то начиная с прихода к власти Брежнева и до середины 80-х, СССР буквально прессовал Запад по всему миру, включая в свою внешнюю империю всё новые и новые бывшие колонии и полуколонии Запада, дотянувшись до юга Африки, Йемена, Афганистана, Чили (через Кубу), Никарагуа и островов Гренады. В этом хаотическом распространении не было никакого особого плана, оно только необычайно обременяло Москву экономически, стратегически (сразу потребовалось создание глобального флота и системы опорных баз) и политически, поскольку новые члены советского империума** привносили в него свои фракционные (как в Афганистане) и межэтнические (Эфиопия и Сомали) склоки.     
          Совсем иное дело с экспансией Российской Федерации. Сперва её рамки были вполне рациональны. Прежде всего, администрация Буша-старшего и госсекретарь Бейкер ясно давали понять Ельцину, что рассматривают Россию как рассадник и гарант демократических реформ в СНГ. За это Кремлю прощали фактическое вступление в вооруженную конфронтацию с Молдовой — из-за защиты Приднестровского мятежа, тогда мало отличающегося от Донецкого, и с Грузией — из-за конфликта в регионе Цхинвал/Южная Осетия. Но Москва отказалась - в ответ на зондирование - поддержать готовящийся пророссийский мятеж в Крыму. Зато поддержала вводом войск симпатичную ей сторону в гражданской войне в Таджикистане, и посылкой наёмников-добровольцев  поддержала Карабах в армяно-азербайджанском конфликте. РФ очень долго хватало интеграционных игр в СНГ, особенно с Беларусью, оплачиваемых льготными ценами на нефть и газ. В 1993 году РФ дал возможность и добровольцам и наёмникам вмешаться в абхазский конфликт, целью которого было принуждение Тбилиси к возращению в СНГ, а также сохранение объектов минобороны в Абхазии: военных баз и - главное - санаториев.
          Ситуация резко поменялась в 2008 году. Россия послала армию против Грузии. Но целью интервенции была не прямая смена власти, а сохранение самопровозглашенных республик. Формально необычайно приверженная после чеченских войн принципу территориальной целостности, Москва даже периодически вводила против Абхазии санкции. К лету 2008 года Москва внешне согласилась на мирный план, предложенный Грузией ОБСЕ, согласно которому демилитаризованная Абхазия возвращается в состав Грузии на правах широкой автономии (так похоже на Минск-2!), и стало совершено ясно, что только военная победа предотвратит утрату самого любимого трофея Генштаба России, полученного, кстати, с большой помощью заместителя министра обороны Абхазии, кавалера ордена «Герой Абхазии» Шамиля Басаева.            
          Но пятидневная война 2008 года, как и миротворческая интервенция в Приднестровье, не выходила за рамки «защиты умоляющих о помощи русскоязычных». Была как-бы воскрешена традиция походов Российской империи в Грузию и Армению, а также на Балканы — для защиты христиан и славян от персидского и османского ига. У этой экспансии были чёткие пределы - этнические территории молдаван и грузин.
          Всё резко изменилось в операции в Крыму в 2014 году. Бескровный Крымский «блицкриг» не просто вызвал эйфорию, он стал началом новой волны экспансии, предельно не имеющей границ, поскольку она не имеет явной рациональной цели. Началась полуторагодичная гонка к «геополитическому коммунизму».  Для отвлечения внимания молодой украинской революции от Крыма, где российский спецназ и переправленные на полуостров незаконные вооруженные формирования — отряды казаков и необелогвардейцев, включая ветеранов войны в Абхазии, методично разоружили украинские гарнизоны, были инсценированы волнения в городах восточной Украины. Эти волнения были тут же названы «Русской весной», что безошибочно указывало на их цель — расчленение Украины с отколом «Русского мира». Но они были быстро подавлены. Через месяц началась вторая волна инспирированного мятежа. Тут же последовало «басаевское» вторжение  отряда Гиркина вглубь Донбасса. Для защиты его от немедленной ликвидации силами АТО (объявлена 13 апреля 2014 года) РФ сконцентрировала войска на границе, штурм украинскими силами Славинска был отменён. Объявляя в апреле 2014 года доктрину «Русского мира» и заявляя о существовании отдельного этно-исторического субъекта «Новороссия», Путин, казалось, обозначил пределы своих геополитических притязаний: юг и юго-восток Украины до Приднестровья превращаются в автономии с «кадыровскими» полномочиями, в т.ч. становятся факультативными участниками Таможенного Союза; Украина отказывается от НАТО и становится конфедеративной «федерацией» с правом вето для «регионов Новороссии» по внешнеполитическим и конституционным вопросам; РФ получает право контролировать отношения Украины с ЕС и США.
          В принципе мятеж-война  «сторонников федерализации» не имела чётких границ, выход на границы Донецкой и Луганских областей создавал два соблазна: во-первых,  свергнуть «укро-фашистские» режимы в Харьковской и Днепропетровской областях; во-вторых, создать коридор до Крыма по Азовскому побережью. Но маловероятный успех такого похода соблазнял идти до Киева и Одессы. А такие действия могли быть выполнены только в условиях открытого массированного российского вторжения, в пользу которого выступали очень многие круги путинистов «правее Путина». Но тут сдерживающим фактором послужили вполне реальная угроза встретить под Киевом американских и канадских десантников, а также  перспектива многолетней партизанской войны на территории с населением в 15-20 млн. человек (во что в результате всё-таки попали в Сирии).
          Успехи сил АТО планы экспансии «сторонников федерализации» поломали.  Только во второй половине августа 2014 года Путин и Шойгу решились немного расширить изрядно сократившуюся территорию мятежников. Сражения января, февраля, июня и августа 2015 года показали, что предел успехов для интервентов и мятежников — руины Луганского и  Донецкого аэродромов и руины Дебальцево. Сулящие в случае успеха огромные тактические выгоды наступления на Марьинку и Широкино не только провалились, но вынудили Запад сделать очень резкие заявления о существенной эскалации санкций в случае прорыва фронта. И тут Путин понял, что повторяется ситуация, которую описал Шульгин в 1920 году: [Советская] Россия будет возвращать свои рубежи, пока не столкнётся с сопротивлением новых национальных тел. В 1920 году Ленина остановили Пилсудский и Маннергейм.                   
          Не буду перечислять премьеров, президентов, военные части, которые остановили путинскую экспансию на западном направлении и похоронили планы создания «Русского мира».  Это сделают историки будущего с большим объемом документальных свидетельств на руках. Главное, что остановило украинский поход — это консолидация многообщинной украинской политической нации, сплоченной антиимперской борьбой, и консолидация НАТО вокруг своего англосаксонского стрежня и общей идеи борьбы с российским империализмом и неославянофильством.
          И тут выяснилось, что, не взяв и не «разрыхлив» Украину, Путин не может надёжно удерживать и оккупированный огрызок «Новороссии». Он четырежды торжественно обещает, что мятежные территории — неотъемлемая часть Украины и вернутся под её контроль. Отныне западная граница «Русского мира» — это восточный край обороны сил АТО.
          Но Путин понимает, что поднятие жевто-блакитного прапора над Донецком, Луганском, Горловкой, Макеевкой, городом-легендой Краснодоном, над Снежным и Торезом — это крах его политики, которая уже почти два года держится лишь на образах виртуальной войны с Западом, на «Крыме в родной гавани» и на телевизионной картинках боев и страданий Донбасса. Появление в магазинах пармезана и рост курса рубля на десятку только сделает капитуляцию ещё горше, обозначив цену отказа от утопии и похоронив все наивные надежды отечественных товаропроизводителей, решивших, что они хоть кому-то нужны.
          Но именно бесцельность путинской экспансии в Донбассе вынудила его сделать ещё один широкий шаг к горизонту. В середине августа 2015 года, когда - после провала наступления в Широкино - явно было принято решение сворачивать донбасскую авантюру, Шойгу издал, как сказал Сергей Иванов, «нерекламируемый» приказ об отправке российских частей в Сирию. И именно это самым наглядным образом показало бредово-бесконечный характер стратегических планов Путина. Халифат бомбежками, производимыми силами одного авиаполка, победить нельзя. В принципе. Халифат нельзя победить и подключением к разбитой сирийской армии частей Хезболлы. Они два года спасали Башара Асада, авиация которого бомбила города бочковыми бомбами, но спасали как-то неудачно. Если на фронте появится не очень много иранских солдат - ситуация не изменится. Если много — начнется, то чего исламский мир не знал никогда — «межцерковная» суннито-шиитская война. Никаким ливанским и иранским частям, даже при ежедневном поражении российскими военно-космическими силами мастерских по производству поясов шахидов, не вернуть десяти процентам сирийских алавитов власть над восьмидесяти пятью процентами сирийских суннитов.  
          Путин охвачен манией защиты от революции «всенародно избранных» деспотов.  Урок защиты Януковича его не научил ничему, и он ринулся спасать Асада-младшего, которого ненавидит весь суннитский мир. Потом он кинется спасать венесуэльского Мадуро... Но без кубинской поддержки, в т.ч. вооруженной, это будет невозможно, а вот согласится ли с новой изоляцией только что обратившийся в католичество Рауль Кастро — очень сомнительно. 
          Путин хочет получить надёжную базу в Средиземном море. Видимо, он считает, что обладание ею вернёт его стране статус сверхдержавы. Ни к какой иной цели обладание такой базой не ведет. Царям она помогла бы в сдерживании Османской империи и Британии. СССР — в сдерживании США на Ближнем Востоке и в давлении на Израиль. Я бы понял, если бы Путин хотел получить сирийские  нефтяные месторождения. Но опыт США в Ираке показывает, что издержки оккупации в сотни раз превышают выгоды от контроля над нефтяными полями.
          Идея сковать халифатовцев боями в Сирии, чтобы они не вернулись в РФ с оружием и бомбами в руках, — идиотизм. Халифат, как и большевизм 90 лет назад, — явление идеологическое и проникает через границы в виде идей.
          У путинизма же нет привлекательных идей вне РФ. Сочувствие к Путину со стороны крайне правых европейских партий, выступающих против евроинтеграции и приёма беженцев, — довольно слабое внешнеполитическое подспорье. Контролируемый Путиным и ФСБ казённый «умеренный ислам» также бессилен противостоять радикализации российских и тем более ближневосточных мусульман, как слепленный КГБ в 1983 году «Антисионистский комитет советской общественности» повлиять на стремительный рост произраильских и проамериканских симпатий евреев в СССР.
          Признание власти Асада-младшего всеми сирийцами — это такая же утопия, как признание Киевом «ДНР» и «ЛНР».
          Но целью путинской стратегии является именно достижение этих целей. Поэтому путинская стратегия обречена на всё расширяющуюся экспансию. Теперь кремлёвская дипломатия направлена на втягивание Ирака в сирийские события. Москва уже получила неофициальную просьбу Багдада на участие российских частей в ударах по позициям Халифата   в Ираке.
          Вмешательство в сирийскую войну уже разбило налаживающиеся отношения РФ с Турцией. В результате тонко сплетённый и очень сложный план по втягиванию в российскую орбиту южно- и центрально-европейских стран через экспансию «Газпрома», в т.ч. по внедрению в обанкротившуюся Грецию (через газораспределительный хаб на греко-турецкой границе), рухнул из-за усилий спасти «легитимного» Асада. Из-за создавшегося военного союза РФ с Хезболой и Ираном рухнули все планы Нетаньяху нейтрализовать американские усилия на Ближнем Востоке сближением с Путиным. Тем более что вступление Москвы в «шиитский альянс» вынудило её дипломатию стремительно вернуться к замшелым обвинениям в адрес «сионистской политики на оккупированных арабских территориях».  Дело не в провале внешнеполитического курса Нетаньяху, а в том, что антиизраильские выпады не заставят арабский мир смириться в Асадом и простить Путину бомбовые удары по своим союзникам.       
          Мы видим, что с марта 2014 года РФ втягивается в зону конфронтации с всё большим радиусом. Причём, всё это происходит только для того, чтобы похоронить под всё новыми кризисами первоначальный — крымский. При этом никакой выгоды Москва не получает. Ей не нужна, и она не получит полуразрушенную индустрию Донбасса. Ей не нужны, и она не получит сирийские нефтяные поля. Она не станет новым глобальным стратегическим и идеологическим центром — тому порукой деградация отечественной науки и экономики и убогость квазимонархических идей путинизма    
          Забавно, что действия Путина должны заслужить благодарность Пентагона, многократно поминаемого Госдепа, западных дипломатов и англосаксонских аэрокосмических, радиоэлектронных и иных корпораций. Огромные бюджетные ассигнования придут на модернизацию западных армий. Особенно после показательных ракетных пусков через Иранское и Курдистанское нагорья. Если бы Шойгу и Рогозин смогли по-пацански договориться о бонусных процентах с суммы каждого нового заказа западному ВПК, то это одно сделало бы российский ВПК источником прибыли, достаточной для стабилизации бюджета! Но они бескорыстно обогащают «Боинг» и «Локхид» и многие другие компании...
          И какая радость дипломатам — они вновь получили холодную войну, но игрушечную, в которой можно с огромным трудом и большой помпой разрешать вполне безопасные для мира кризисы. Ведь одно дело споры великих держав о статусе Берлина, и другое — о Дебальцево. Одно дело кубинский ракетный кризис, и совсем другое — эпопея с ракетным залпом каспийской флотилии.        
          Поэтому путинское движение к стратегическому «коммунизму» только укрепляет антироссийские коалиции, оно столь же разорительно и утопично по своей природе, как и выстраивание советского империума в 70-80-е годы, но, в отличие от экспансии царизма, не несёт никаких политических или хозяйственных выгод.   
 

 
* Если бы русским и советским школьникам рассказали бы, как индейцы сдирали скальпы с жителей русской Америки, уверен, что культ чингачгуков бы поубавился и русские читатели Марка Твена поняли бы его отношение к благородным краснокожим, а также поняли бы сцены неимоверной радости осаждённых индейцами американских поселенцев при виде пыли от приближающейся кавалерии, да и смысл самого крика: «Кавалерия пришла!!!», означавшего избавление от неминуемой жестокой гибели.    
 
** Зоны господства державы.

ЕВГЕНИЙ ИХЛОВ


22.10.2015



Обсудить в блоге




На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.020601987838745