Вестник гражданского общества

07.12.2016

Путин огораживается от мира «информационной безопасностью»

Президент Владимир Путин утвердил новую доктрину информационной безопасности страны. Документ был подписан им 5 декабря и уже вступил в силу. Соответствующий указ опубликован на официальном портале правовой информации. Предыдущая доктрина информационной безопасности, утвержденная в сентябре 2000 года, признана утратившей силу.
 
Доктрина подготовлена Советом безопасности РФ и представляет собой «систему официальных взглядов на обеспечение национальной безопасности страны в информационной сфере». Среди ее основных положений - противодействие зарубежным странам, которые наращивают информационное воздействие на Россию, защита молодежи от размывания традиционных духовно-нравственных ценностей, нейтрализация подрывов основ и патриотических традиций, выявление религиозных, этнических, правозащитных и иных организаций, вовлеченных в дестабилизацию и подрыв суверенитета, развитие системы управления Рунетом и другие.
 
Шестнадцатистраничный документ состоит из 38 статей, разбитых на пять глав. Вначале перечислены национальные интересы РФ в сфере национальной безопасности, за ними - основные информационные угрозы в современном мире. На основании этих угроз сформированы стратегические цели национальной политики, касающиеся экономики, военной сферы, дипломатии, науки и образования.
 
Положения новой доктрины информационной безопасности во многом совпадают с положениями утвержденной президентом Путиным 1 декабря с.г. новой доктрины внешней политики.  
 
Главные положения доктрины информационной безопасности России от 5 декабря 2016 г.
 
Национальные интересы
 
Обеспечение и защита конституционных прав и свобод человека и гражданина в части, касающейся получения и использования информации.
 
Обеспечение в России устойчивого и бесперебойного функционирования критической информационной инфраструктуры.
 
Развитие в России отрасли информационных технологий и электронной промышленности.

Продвижение достоверной информации о госполитике России и ее официальной позиции по социально значимым событиям в стране и мире.
 
Содействие формированию системы международной информационной безопасности.
 
Основные информационные угрозы
 
Ряд западных стран наращивает возможности информационно-технического воздействия на информационную инфраструктуру в военных целях.
 
Усиливается деятельность организаций, осуществляющих техническую разведку в России.
 
Спецслужбы отдельных государств пытаются дестабилизировать внутриполитическую и социальную ситуацию в различных регионах мира. Цель — подрыв суверенитета и нарушение территориальной целостности государств. Методы — использование информационных технологий, а также религиозных, этнических и правозащитных организаций.
 
В зарубежных СМИ растет объем материалов, содержащих предвзятую оценку государственной политики России.
 
Российским журналистам за рубежом создаются препятствия, российские СМИ подвергаются «откровенной дискриминации».
 
Террористические и экстремистские группировки нагнетают межнациональную и социальную напряженность, занимаются пропагандой, привлекают новых сторонников.
 
Возрастают масштабы компьютерной преступности, прежде всего в кредитно-финансовой сфере.

Растет число преступлений, связанных с нарушением конституционных прав и свобод человека, неприкосновенности частной жизни, защиты персональных данных. Эти преступления становятся все изощрённее.
 
Иностранные государства усиливают разведывательную деятельность в России. Растет количество компьютерных атак на объекты критической информационной инфраструктуры, их масштабы и сложность растут.
 
Высокий уровень зависимости отечественной промышленности от зарубежных информационных технологий (электронная компонентная база, программное обеспечение, вычислительная техника, средства связи).
 
Низкий уровень эффективности российских научных исследований, направленных на создание перспективных информационных технологий. Отечественные разработки плохо внедряются, кадровый потенциал в этой области низкий.
 
Отдельные государства используют технологическое превосходство для доминирования в информационном пространстве. Управление интернетом на принципах справедливости и доверия между разными странами невозможно.
 
Стратегические цели
 
Стратегической целью обеспечения информационной безопасности в области обороны страны является защита жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, связанных с применением информационных технологий в военно-политических целях, противоречащих международному праву, в том числе в целях осуществления враждебных действий и актов агрессии, направленных на подрыв суверенитета, нарушение территориальной целостности государств и представляющих угрозу международному миру, безопасности и стратегической стабильности.
 
В военной политике:
 
Стратегическое сдерживание и предотвращение военных конфликтов, которые могут возникнуть в результате применения информационных технологий.
 
Совершенствование системы обеспечения информационной безопасности армии.
 
Прогнозирование, обнаружение и оценка информационных угроз.
 
Содействие обеспечению защиты интересов союзников России в информационной сфере.
 
Нейтрализация информационно-психологического воздействия, в том числе направленного на подрыв исторических основ и патриотических традиций, связанных с защитой Отечества.
 
В области государственной и общественной безопасности:
 
Противодействие использованию информационных технологий для пропаганды экстремизма, ксенофобии и национализма.
 
Повышение защищенности критической информационной инфраструктуры.
 
Повышение безопасности функционирования образцов вооружения, военной и специальной техники и автоматизированных систем управления.
 
Обеспечение защиты информации, содержащей сведения, составляющие государственную тайну.
 
Повышение эффективности информационного обеспечения реализации государственной политики.
 
Нейтрализация информационного воздействия, направленного на размывание традиционных российских духовно-нравственных ценностей.
 
В экономике:
 
Инновационное развитие отрасли информационных технологий.
 
Ликвидация зависимости отечественной промышленности от зарубежных информационных технологий.
 
Развитие отечественной конкурентоспособной электронной компонентной базы и технологий производства электронных компонентов.
 
В науке и образовании:
 
Достижение конкурентоспособности российских информационных технологий.
 
Развитие кадрового потенциала в области обеспечения информационной безопасности.
 
Формирование у граждан культуры личной информационной безопасности.
 
В международных отношениях:
 
Осуществление самостоятельной и независимой информационной политики.
 
Участие в формировании системы международной информационной безопасности.
 
Обеспечение равноправного и взаимовыгодного сотрудничества всех заинтересованных сторон в информационной сфере, продвижение российской позиции в соответствующих международных организациях.
 
 
Доктрина информационной безопасности, утвержденная указом президента РФ, не создает угрозы историкам и специалистам, которые имеют альтернативное мнение на различные исторические факты, заявил журналистам пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. «Наоборот, исторические исследования, работа в архивах - это работа, которой придается большое значение», - сказал Песков.
 
Но, по его словам, «в то же время нельзя отрицать, что мы сталкиваемся с действиями и, можно сказать, с целенаправленной линией, которые направлены на извращение исторических фактов, передергивание, манипуляции с историческими фактами с тем, чтобы оказать идеологическое давление на Россию… Это не секрет, этому надо противодействовать», -  добавил он.
 
Доктрина всерьез была переработана впервые с 2000 года. Идея усилить госконтроль за инфраструктурной частью Рунета и обеспечить его обособленность появилась весной 2014 года на фоне обострения отношений России с западными странами. Суверенитет российского сегмента интернета стал первостепенной задачей. К примеру, одной из инициатив специальной рабочей группы при администрации президента тогда стало введение более жесткого контроля за операторами связи — в частности, разделение всех действующих игроков на три уровня сетей передачи данных: местный, региональный и федеральный.
 
Летом 2014 года прошли учения по «отключению» Рунета от Глобальной сети, в которых приняли участие представители Минкомсвязи, Минобороны и ФСБ. Учения должны были показать, как поведет себя российский сегмент интернета при разных типах угроз «со стороны», в частности — что будет с информацией в доменах .ru и .рф. Сама мысль подобных учений родилась тогда из «идеологического противостояния России и США», писал «Коммерсантъ» со ссылкой на свои источники.
 
О подготовке обновленной версии доктрины весной 2015 года рассказывал секретарь Совбеза Николай Патрушев. «Прежде всего это связано с возникновением новых военных опасностей и угроз, — объяснял он. — Их проявления видны в событиях «арабской весны», в Сирии и Ираке, в ситуации на Украине и вокруг нее» (цитата по ТАСС).
 
По мнению экспертов, документ является закреплением уже действующих ограничительных подходов власти к информационной сфере.
 
Один из основателей русского сегмента Интернета, медиа-менеджер Антон Носик уверен, что появление нового документа в сфере информационной безопасности продиктовано психологией и идеологией нынешнего российского руководства: «Задача доктрины – изложить видение мира и собственного в нем места людей, которые верят в «план Даллеса». И с точки зрения этой веры в то, что этот план Даллеса реально существует, они описывают свою историческую миссию противодействия всему тому, что в этом «плане Даллеса», по их мнению, изложено».
 
Кроме того, говорит Антон Носик, документ полностью отражает тотальное недоверие российских властей ко всему иностранному: «У них принцип: иностранец – враг, иностранец – агент иностранного правительства, и любое действие иностранного лица выполняется им в интересах и по прямому указанию иностранного правительства. А у всех правительств, которые есть за границей, единственная их цель – это нанести вред интересам России».
 
Медиа-эксперт считает, что это принцип уже достаточно отражен в новых российских законах: «В России есть законы, ограничивающие иностранное владение всем. Это все основано том же представлении, что все, что делается иностранцами, делается по прямому указанию их правительств. Это - как аксиома, которая повторена в огромном количестве законов: например, в законе, ограничивающем право иностранных сервисов обслуживать россиян, или законе об ограничении иностранного владения медиа-активами».
 
При этом Носик убежден, что доктрина не имеет практического значения: «Это не набор конкретных технических рекомендаций, потому что конкретными техническими вопросами занимаются специально обученные люди. Этот документ не имеет вообще абсолютно никакого практического значения ни для чего в нашей жизни».
 
Главный редактор журнала «Контрапункт» Мария Липман также не верит в то, что новая доктрина станет руководством к действию: «Российская власть не любит обязывающих документов, хоть внутри принятых, хоть извне, например, каких-то международных обязательств – она поступает так, как считает нужным в тот момент, когда нужно принимать те или иные решения. Предыдущая доктрина информационной безопасности была принята в 2000 году, и если я правильно помню, то тогда, когда она была обнародована, она тоже чрезвычайно встревожила и СМИ, и часть российского общества: от нее повеяло чем-то уже забытым, попыткой установить политический контроль над жизнью общества и несколько угрожающим языком. Тем не менее, жизнь не стала строиться с 2000 года в соответствии с той информационной доктриной».
 
Мария Липман поясняет, что российская власть и без принятой только что доктрины вполне репрессивно ведет себя в сфере информации и общественной жизни: «Сами тенденции, которые видны в этом документе, отражают общую атмосферу последних 4 лет. Я имею в виду изменения внутриполитического курса, которые произошли с возвращением Владимира Путина в Кремль. Репрессивное законодательство, практика в отношении тех, кто заявляет о своем праве на свободу собраний, политика в отношении людей, которые выходят на митинги или пикеты, давление на негосударственную прессу, на те СМИ, которые пытаются проводить не государственную редакционную линию, а действуют, исходя из своих профессиональных и этических стандартов».
 
«С того же времени можно отметить тенденцию активного вмешательства государства в те сферы, в которые оно с советских времен не вмешивалось – сферу частной жизни, сферу сексуальных, религиозных предпочтений и всего, что касается культуры и искусства. Все это становится уделом государства, его прерогативой, причем явочным порядком. Если иметь в виду этот фон, то доктрина информационной безопасности не кажется ни удивительной, ни новой, и не предполагает еще большего закручивания гаек» – говорит эксперт.
 
Председатель совета правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов не удивлен тому, что в доктрине информационной безопасности правозащитникам приписывается деятельность в интересах спецслужб: «Они, авторы, считают, что любое независимое воздействие по определению враждебно. То, что не подконтрольно тебе, хорошему, то, что не завербовано тобой самим, завербовано кем-то еще. А независимого нет по существу, потому что этого нет в природе. И все выстраивается именно в таком видении мира».
 
Правозащитник считает, что убежденность государственных чиновников во враждебности внешнего мира России приведет к печальным последствиям: «В современном мире без обратных связей, без корректировки политики, корректировки, вызванной и критикой политических партий-оппонентов, и независимыми СМИ, и теми же самыми правозащитниками государство обречено на принятие ошибочных решений, на поощрение разного рода ошибочных тенденций и, в конце концов, на крах».


Вестник CIVITAS

Обсудить в блоге





На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.018101930618286