Вестник гражданского общества

«Клевета» и свобода мысли

«Совместная пресс-конференция Лугового и Литвиненко».
Коллаж худ. Дмитрия Врубеля, 2007 г.

           Этот комментарий я пишу не для того, чтобы оправдывать себя от обвинения в клевете, выдвинутого против меня Андреем Луговым, хотя мне придется этого коснуться. Главная моя цель показать, что в российских условиях – в отсутствие независимых судов, свободной прессы и парламентской демократии – обвинение в клевете, тем более в разряде уголовного преступления, представляет собой средство подавления свободы слова и свободы мысли, более того, самой способности мыслить.
           Подтолкнуло меня к этому комментарию или, если угодно, статье, то обстоятельство, что Луговой на днях выступил по телевидению с заявлением, что он «выходит из судебного разбирательства» по делу об убийстве Александра Литвиненко.
            - Все последние годы, - уныло талдычил Луговой, - английские следователи и прокуроры вновь и вновь заявляли, что это я отравил Литвиненко. Какой же справедливый суд там возможен.
          Хотелось ему подсказать: так подай же на них заявление о клевете! 
         Луговой прицепился и к возникшей в Англии дискуссии по поводу желания тамошних властей засекретить ряд документов, связанных с его делом. Мол, они засекретят документы о его, Лугового, невиновности. Хотя ему прекрасно известно, что спор идет о документах по поводу сотрудничества Ми-6 с Литвиненко в борьбе с русской мафией в Европе. Борьба с организованной преступностью была специализацией Литвиненко в ФСБ. О самом же отравлении Литвиненко все уже давным-давно известно благодаря показаниям такого мощного свидетеля, как полоний-210.
          Следствие в Великобритании установило, что отравлен был Литвиненко в баре лондонского отеля «Миллениум», куда его пригласили на бизнес-встречу господа Луговой и Ковтун. При этом автобусный билет Литвиненко, использованный им для поездки в отель, был чист от следов полония, а его билет от отеля к дому был «проштампован» полонием. «Испачкал» полоний и разливной чайник в баре, из которого Луговой наливал чай Литвиненко. Полонием был задет и бармен отеля. Около 120 человек в Лондоне было задето полонием. Это были и люди, посетившие бар после встречи там русских «друзей», и люди, с которыми эти припозднившиеся гости потом встречались, в том числе и члены их семей.
          Далее, в то время как самолет, на котором Луговой прилетел в Лондон из Москвы, был чист от следов полония, самолет же, использованный его помощником Ковтуном, оказался испещрен следами полония. Отсюда английские следователи сделали вывод, что именно Ковтун вез в Лондон контейнер с полонием. Причем Ковтун летел в Лондон с пересадкой в Гамбурге, где он провел ночь, и следы полония обнаружили там уже немецкие следователи. Их попросили обследовать путь Ковтуна в Гамбурге английские коллеги. (Подробнее о том, как наследил полоний, можно прочитать в статье «На чьей совести полоний», опубликованной в «Новой газете» 27.04.2007 г.)
          На основании всех этих данных, «Палата представителей Конгресса США единогласно приняла резолюцию за номером 154, в которой говорится, что "отравление в Лондоне русского диссидента и писателя Александра Литвиненко радиоактивным веществом вызывает существенную озабоченность по поводу потенциальной причастности членов российского правительства к смерти г-на Литвиненко и по поводу охраны и распространения радиоактивных материалов"». (ВВСRussian, 2008/04/02)
           «Отмечая, что 22 мая 2007 года британские власти объявили, что "они планируют привлечь российского гражданина Андрея Лугового к суду за убийство г-на Литвиненко", палата представителей заявляет, что "применение в таких случаях радиоактивных материалов представляет угрозу безопасности народов Российской Федерации, Соединенного Королевства, Соединенных Штатов и других стран"». (Там же.)
           В резолюции также сообщается, что «Сенат США одобряет эту резолюцию» Палаты Представителей. (Там же.)
          Я же отмечу, что Палата Представителей и Сенат США приняли такую резолюцию, изучив все данные английских следователей и прокуратуры. На этих же данных основывались и комментарии СМИ Англии, остальной Европы и Америки.
          Никакие засекреченные документы не смогут опровергнуть приведенных выше «свидетельских показаний полония» (почти шекспировское имя!). Да еще и неизвестно, решатся ли, в конце концов, власти Британии какие-то бумаги засекретить. Протест против этого в Англии ширится. И судья, которому предстоит вести судебное разбирательство, сэр Роберт Оуэн, уже добился от властей согласия на то, что он сам будет решать, можно ли засекретить тот или другой документ из числа предполагаемых к засекречиванию. Вдова Литвиненко, Марина, сообщила, что она довольна таким решением и доверяет судье.
          Коротко о моей «клевете» в адрес Лугового. Клевету Луговой усмотрел в том, что я в статье «Луговой – лицо КГБ?»* высказал мнение, что он отравил Александра Литвиненко.
          Но клевета даже по российскому законодательству – это «распространение заведомо ложных сведений, прочащих честь и достоинство другого лица…». То есть, когда человек, распространяя порочащие сведения, знает, что сведения эти не соответствуют действительности. Я же был и остаюсь в убеждении, что сведения, как и резолюция Палаты Представителей Конгресса США, на основании которых я считаю Лугового отравителем, соответствуют действительности.
           О виновности Лугового ясно говорят не только следы полония, но и поведение российских властей, которые наотрез отказываются экстрадировать Лугового в Лондон для беседы с английскими следователями. Путин лично заявлял, что в материалах следствия, присланных англичанами, нет никаких серьезных фактов, которые говорили бы о вине Лугового.
          В 2011 году накануне визита премьер-министра Дэвида Кэмерона в Москву четыре бывших министра иностранных дел Великобритании: Дэвид Милибенд, Мальколм Рифкинд, Джек Стро и Маргарет Бекетт - в открытом письме в газету «Санди таймс» призвали британского премьера добиться выдачи Лугового и Ковтуна. Но президент Медведев, как до того и Путин, ответил отказом.
           Примерно в то же самое время российские власти дошли, как бы это помягче сказать, до такой резвости, что официально заявили, будто в Англии в 2006 году кто-то пытался отравить Лугового и Ковтуна, и российская прокуратура уполномочена проводить по этому поводу расследование. Но о проведении такого расследования в Англии никому ничего не известно, как неизвестными остаются и имена предполагаемых отравителей. Удивляет и то обстоятельство, что обвинение в попытке отравить Лугового и Ковтуна появилось почему-то на 5 лет позже возвращения этих героев из Англии. Тем не менее, о попытке отравить их в Англии на днях опять вспомнили российские СМИ.

          Но пора перейти к тому, чем грозит для общества появление обвинения в клевете в качестве уголовного преступления. Отдельно для обвиняемого грозит тремя годами лишения свободы. Напомню также, что введение клеветы в число уголовных преступлений было предложено лично Путиным.
          Один из последних примеров применения такой «уголовной клеветы» (т.е. «распространение заведомо ложных сведений, прочащих честь и достоинство другого лица») – обвинение арестованных участников протестных демонстраций в провоцировании ими беспорядков и насилии над полицейскими. В большинстве случаев эти обвинения сделаны на основании заведомо ложных показаний самих полицейских. Об этом свидетельствуют и показания демонстрантов, и отснятые журналистами кинокадры.
          Ярким примером служит и высказывание В. Путина о том, что руки Ходорковского «покрыты кровью», так как по его якобы «заказу» убили мешавшего ему человека. Никаких свидетельств и фактов в доказательство реальности этого преступления не было приведено. А главное, как могли судебные органы не вменить Ходорковскому этого преступления? Ведь это преступление куда серьезнее, чем вменяемые Ходорковскому финансовые хищения.
          Другим резонансным примером клеветы является дело юриста Магнитского, которого в МВД объявили виновным в финансовых махинациях после того, как он выявил подобные махинации со стороны органов МВД. Впоследствии, как известно, он был арестован и умер в СИЗО, не дождавшись суда. Но суд в ближайшее время власти намерены провести над мертвецом. Интересное и страшное будет зрелище.
          Примеров применения российскими властями клеветы для обоснования своих репрессий и других «хозяйственных потребностей» более чем достаточно. И здесь лежит, наверное, самое разительное отличие авторитарных стран, маскирующихся под демократии, от стран действительно демократических. Там клевету любого властвующего лица и органа можно разоблачить благодаря существованию независимых от властей судебных органов и средств информации.
          Вредоносность обвинения в клевете как в уголовном преступлении имеет еще и особый аспект. Опасным для рядовых людей станет само изучение и сопоставление сомнительных действий власти и ее представителей. Ведь, придя здесь к какому-то заключению, нам захочется его как-то высказать и/или описать, обнародовать. Но власть при зависимых от нее СМИ и судебных органах в любой момент сможет обвинить нас в клевете и упрятать в тюрягу на пару-тройку лет. А без возможности высказывать мысли пропадает, в конце концов, и желание мыслить. А затем и сама способность мыслить. То есть откроется еще один канал дебилизации общества.
           Появление клеветы в уголовном кодексе приведет и к новому типу неравенства между классом власть и деньги имущих и рядовыми людьми. Рядовые граждане никогда не смогут привлечь через суд к ответственности за клевету людей из упомянутого выше класса. Я уж не говорю о том, насколько тяжелее станет жизнь журналистов, особенно оппозиционно настроенных к господствующему режиму.

           В заключение, коротко обрисую портрет Александра Литвиненко, о котором некоторые молодые читатели отзываются с презрением: они, мол, с Луговым одного поля ягоды. Поля, может, и одного, но и на одном поле могут иногда вырастать совершенно разные плоды. Литвиненко, наверное, впервые со времен воцарения Сталина отказывается выполнить приказ об убийстве человека и впервые открыто выступает на организованной им пресс-конференции, рассказав, что ему и трем его коллегам высокое начальство поручило совершить убийство. Речь я веду о приказе ликвидировать Бориса Березовского, с которым Литвиненко тогда не состоял ни в какой связи. И на этом Литвиненко не останавливается, пишет, уже в эмиграции, две острейшие книги: «Организованная преступная группировка» (это о ФСБ) и «ФСБ взрывает Россию», о взрывах трех многоквартирных домов - двух в Москве и одного Волгодонске (в сумме приблизительно 300 погибших!) и о сорвавшемся взрыве в Рязани. Совершены эти взрывы были, по утверждению Литвиненко, агентами ФСБ, а обвинены чеченцы, чтобы оправдать готовившееся второе нападение на Чечню. Между прочим, обвинение чеченцев во взрывах домов - четкий пример уголовной клеветы, то есть «распространения заведомо ложных сведений», порочащих целый народ.
          Россия сегодня единственное государство в Европе, в котором в последние полвека продолжает сооружаться пирамида государственных террористических убийств. Напомню самые примечательные «камни» этой пирамиды: убийства Анны Политковской и Наталии Эстемировой, убийства с помощью газа 130 человек в театре на Дубровке и около 400 в школе города Беслана, укоротили «товарищи» из Кремля и Лубянки ссылкой и издевательствами жизнь великому гуманисту Андрею Сахарову. Но самым жестоким и бессмысленным в этой пирамиде, на мой взгляд, было убийство Александра Литвиненко.

________________________________________
* В вестнике CIVITAS статья была опубликована под заголовком «Лицо КГБ» (прим. ред.).


ВАДИМ БЕЛОЦЕРКОВСКИЙ


21.03.2013



Обсудить в блоге


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.015657901763916