Вестник гражданского общества

Загадка российского пьянства

          Один мой знакомый, умудренный опытом жизни при многих наших государственных обстоятельствах, услышав о начале новой антиалкогольной компании, тут же изрек: ну все, и этому режиму конец!
          - Это почему же? – удивился я такому несколько неожиданному выводу моего визави. - Думаете, возмущенный очередным запретом на святое, народ начнет бунтовать?
          - Да что Вы, батенька, конечно нет! Просто, как ни странно, но борьба с алкоголизмом в нашей стране, кажется, становится основным признаком свершившейся несостоятельности власти.
          - Это как же так? 
          - Очень просто. Это еще по советской перестройке подмечено: как только наша власть начинает понимать, что ни на что не способна и провалила все свои начинания, она обращается к теме либо американского империализма, либо алкоголизма. С ними-то можно бороться вечно, и никто не упрекнет за отсутствие результата!
          Ей-богу, с этим трудно не согласиться. У меня тоже возникает ощущение, что наша власть переключается на борьбу с алкоголем, когда отчаивается хоть каким-нибудь ощутимым образом продемонстрировать свою дееспособность по созиданию народного благоденствия, а ее успехи на ниве законности и порядка не простираются дальше разгона какого-нибудь гей-парада. Типа: ну что можно сделать в этой стране, где так пьют!
          Тут можно даже несколько поправить нашего президента, определившего недавно пьянство как национальное бедствие. Увы, но это не наше бедствие – это наше национальное состояние. А отчего так – загадка сия великая есть!
          Впрочем, разгадка, на мой взгляд, все же имеется. Только вот она никак не откроется умам наших державных водителей. По крайней мере, Дмитрий Медведев в своем выступлении на специальном антиалкогольном совещании в сочинской резиденции демонстрирует не только историческое неведение, но и, если хотите, философическое непонимание сути проблемы: «Самое главное - у людей должно появиться желание и возможность вести здоровый и трезвый образ жизни. Все это может происходить только на основе нормального уровня жизни. В бедной стране пьянство не победить».
          Желание и возможность (ну-ну!) вести трезвый образ жизни возникает не от достатка, а от осознания влияния пьянства на результативность своего дела и личной ответственности за свое будущее. Это, во-первых. А, во-вторых, вера в животворящую силу «нормального уровня жизни» - наивное заблуждение, свидетельствующее о явном незнании Дмитрием Анатольевичем реалий российской жизни. Могу открыть ему «страшную» национальную тайну: уровень пьянства в нашей стране (как, собственно говоря, и в других странах) не зависит от уровня материального состояния.
          Мы пили и пить будем как в тучные годы, так и в лихолетье, как в условиях промышленного подъема, так и глобального финансового кризиса. И в этом вся наша проблема, и в этом ключ к загадке российского пьянства.
          Мы пьем всегда и при всех обстоятельствах не по причине бедности или от радости счастливого достатка, а оттого, что наш народ всегда был «не у дел» в своей собственной жизни. Беспробудная тоска людей, которые никогда не были хозяевами своей судьбы.
          Цари, бояре, баре, вожди, генсеки, национальные лидеры нас вечно куда-то тянут за собой. То рубить окно в Европу, то завоевывать Босфор и Дарданеллы, то строить коммунизм, то возводить Великую Державу.
          Ни на клочке земли, ни у фабричного станка, ни за конторским столом российский человек никогда не чувствовал, что это его дело и плоды его – результат трудов собственных, а не государственного и барского попечительства.
          Даже став олигархом, наш соотечественник всегда чувствует за собой надсматривающее око, ощущает свою зависимость от того, кто по праву, данному Властью Великой Бюрократии, волен вмиг прекратить не только благоденствие «выскочки», но и саму его жизнь.
          И сколь бы ни велика была наша любовь к Отечеству, к его пастырям типа «отца народов» или к своему хозяину – все это, чтобы там ни говорили сладкоголосые блюстители предписанного патриотизма - работа на чужого дядю и зависимость от его щедрот и благорасположения. Ибо любовь к Отечеству вытекает все же из осознания солидарности интересов граждан, а не из-за иррационального наития. А вся наша «солидарность интересов» - не более чем солидарность тучного тела и паразитов, к нему присосавшихся и получивших контроль над ним.
          Но и сам Бюрократ не хозяин самому себе, ведь в Вертикали Власти всегда есть тот, кто выше тебя, а у самого высшего хозяин - Система, в которой он тоже холоп.
          Можно подметить любопытную деталь: когда мы говорим о российском пьянстве, то тем самым отмечаем не национальный в этническом смысле, а именно государственный характер этого явления. Учитывая, что российской нации как таковой в природе не существует (разве что в бреду наших государственных идеологов), национальным это явление не назовешь. Оно - органический элемент нашей государственности, отличительная черта нашего общественного состояния.
          Давно подмечено, что в борьбе с зеленым змием наше государство всегда ведет себя подобно горькому пропойце – вроде бы и бросить надо, да только как? Зависимость казны от уровня потребления нами горячительных напитков не меньше, чем алкогольная – государственный организм требует! Можно сказать, «трубы горят»!
          Российское пьянство – порок идущий, прежде всего, от холопского, подданнического и безответственного состояния населения. В таком состоянии всегда есть на кого свалить свои несчастья (партию, правительство, мэра или клерка в государственной конторе) и потому всегда можно сказать: а что мне остается еще делать, как не пить? Иное же, гражданское состояние, предполагающее ответственное поведение, нам отродясь неведомо.
          По соседскому положению мне частенько доводится бывать в Финляндии. И сколь бы мы не потешались по поводу склонности финнов «заложить за воротник», есть все же в их поведении одно весьма принципиальное отличие. Утоляют свою страсть они, как правило, в вечер пятницы и надираются не меньше нашего. Однако ж на следующий день финн, как правило, не пьет. Тем более не пьет в воскресенье – впереди рабочая неделя. За долгие годы общения с финскими друзьями я понял – это от привычки. Привычки к ответственности за себя самого. Без всяких там отцов Отечества, вождей народов и национальных лидеров.


ГЕОРГИЙ КИРЕЕВ


17.08.2009



Обсудить в блоге


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.018048048019409