Вестник гражданского общества

Современной России не нужно современное искусство?

         
          Государственный центр современного искусства (ГЦСИ) дожали. Его основатель и художественный руководитель Леонид Бажанов сообщил в интервью The Art Newspaper, что не может продолжать работать в составе РОСИЗО в таком климате. Эта ситуация знаменует поворот российской власти на 180 градусов по отношению к современному искусству в России в целом и к ГЦСИ - основной и главной институции, занимавшейся исследованием и поддержкой художественного процесса в этой сфере, - в частности.*
          В 2008-2011 годах я, по приглашению Леонида Бажанова, работал в ГЦСИ руководителем выставочной программы, осуществляемой за пределами музеев и галерей, – «Современное искусство в открытом обществе».
          Работать было очень сложно (ГЦСИ давало только рабочее место, свое имя для выставок, транспорт для перевозки экспонатов, иногда сотрудников для монтажа и делало по моему заказу этикетки и афиши), но интересно. Тем не менее, мне удалось осуществить ряд поддержанных ГЦСИ кураторских проектов, в которых приняли участие около 40 художников. Хочется эти проекты вспомнить и перечислить:
          - «Игра в солдатики» (в Суворовском училище);
          - «Спальный район. Открытый урок» в школе Ямбурга (сокуратор Марина Звягинцева);
          - выставка в строительных вагончиках «Дом художника Южное Бутово. Спальный район» в парке в Южном Бутове (сокуратор Марина Звягинцева);
          - выставка в центральном городском парке Калуги «Грачи» под девизом «Без национального парка "Угра" в природе могут остаться только такие грачи» (в парке под открытым небом почти три недели экспонировалась стая огромных и задорных деревянных грачей, созданных художественной артелью Николая Полисского);
          - выставка «Хлебников и провинция» в музее села Крапивна Тульской области и в центральной городской библиотеке Ростова-на-Дону (сокуратор Игорь Введенский),
           - знаменитый «Кочевой музей современного искусства» (сокураторы Андрей Митенев, Сергей Якунин) – около тридцати художников провели шествие по бульварному кольцу от метро Тургеневская до Пушкинской площади и обратно, в составе группы были несколько школьников из школы Ямбурга, везущих на ручных тележках свои произведения. Шествие художников сопровождали на всем пути примерно полторы тысячи прохожих. Девизом экспозиции Кочевого музея были слова «Провезем и вывезем!» (имелись ввиду два главных человека, работающих в Кремле), экспонаты были выбраны соответствующим образом, но без указания конкретных лиц.
          Завершением моей «карьеры» руководителя программы «Современное искусство в открытом обществе» стал художественный проект в парке Музеон (сокуратор Михаил Погарский) – «Открытое письмо. Диалоги мэйл-арта, парковой скульптуры, художников и горожан». С разрешения дирекции Музеона  во время празднования Дня Города мы с Погарским и группой художников повесили на 150-200 скульптур мэйл-арт послания примерно от 100 художников из десятка или более городов России и Украины. Скульптуры с мэйл-арт посланиями создали совершенно новые и неожиданные для всех зрителей смыслы этих объектов.
          На проекте в Музеоне мой рабочий дух сломался, и моя кураторская карьера в ГЦСИ на этом закончилась. Как я ни добивался (обращался за разрешением даже в Управления культуры г. Москвы), руководители Музеона - притом «наши люди» - запретили мне во избежание предполагаемого ими скандала включить в экспозицию проекта замечательно выразительную инсталляцию Олега Кошельца, представлявшую собой прислоненные к большой скульптуре Сталина 7-8 красных флагов на удлиненных ручках деревянных граблей. Смысл ее был слишком прозрачен. Заодно руководство Музеона внезапно, накануне открытия, запретило нам вешать мэйл-арт послания на все бюсты и скульптуры советских руководителей, начиная от Ленина и кончая Брежневым (но против того, чтобы мэйл-арт послания вешали на скульптуры Христа, Пушкина, Лермонтова и т.д., никто не возражал).
          Поскольку площадок для новых выставок за пределами музеев и галерей я более найти не мог (а поисками площадок и всей организацией выставок по программе «Современное искусство в открытом обществе» я занимался на полставки, один, без помощников, при плане минимум 7-8 выставок в год), то через несколько месяцев после выставки в Музеоне, как только мне стукнуло 60 лет, я ушел из ГЦСИ «по собственному желанию» и в некотором отчаянии на пенсию.
          Леонид Александрович Бажанов старше и мудрее меня. Поскольку он человек с огромным авторитетом в области современного искусства, я надеюсь и уверен, что вместе со своими ближайшими сотрудниками по ГЦСИ Леня Бажанов отыщет и вновь, уже в который раз в своей жизни, создаст новые возможности для исследования и продвижения современного искусства в нашей стране даже в нынешних очень тяжелых условиях. ГЦСИ умерло, но да здравствует его продолжение!
 


* Справедливости ради надо добавить, что не только в Москве выдавливают современное искусство. Так пермское минкультуры уже давно и изо всех сил дожимает созданный Маратом Гельманом в Перми Музей-центр современного искусства PERMM , который Гельман года полтора-два назад вынужден был покинуть.
 

ЮРИЙ САМОДУРОВ


26.10.2016



Обсудить в блоге




На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.029587030410767