Вестник гражданского общества

Немобильная Россия

          Отрадно, что у нашего правительства, кроме планов спасения мировой экономики, все же есть и программа дел «домашних» - «План действий, направленных на оздоровление ситуации в финансовом секторе и отдельных отраслях экономики» в самой России.
          Не буду подробно его анализировать, ибо главное, что я понял, ознакомившись с уймой мнений разных аналитиков – это то, что экономический кризис подобен насморку, который, как известно, если не лечить, проходит за 14 дней, если лечить - за две недели.
          Поэтому куда полезней сосредоточиться на смягчении кризисных последствий, т.е. защите тех, кто лишится работы и источника средств существования. Надо сказать, что в упомянутом плане есть на этот счет даже специальный раздел - «Поддержка рынка труда и социальная поддержка граждан». Из 55 пунктов документа для этого раздела выделены целых 4 позиции.
          Первая - проведение мониторинга безработицы и неполной занятости. Вторая позиция утешает тем, что наши печали облегчат введением предувольнительных консультаций, а также информационными буклетами и брошюрами. Два оставшихся пункта все же обещают что-то более существенное. В частности, увеличение финансирования мероприятий активной политики занятости населения, а также увеличение размера максимальной величины пособия по безработице.
           Как прожить семейному безработному на обещанные 5 тыс. рублей – отдельная тема. Сейчас же позволю высказать предположение, что выделение средств на активную политику занятости, под которой разумеется, прежде всего, переобучение потерявших работу - в российских реалиях практически напрасная трата средств. Особенно в провинциальной части страны, где немало населенных пунктов с так называемыми градообразующими предприятиями. Не стоит тешить себя иллюзией, что даже в промышленных центрах российской глубинки в условиях ожидаемого снижения производства будет достаточно вакансий, которые могли бы занять «новообращенные». А потому государство потратит кучу денег на переобучение, но это не сможет серьезно повлиять на уровень грядущей безработицы.
          Опыт стран, которые в отличие от нас давно уже знают, что такое циклические кризисы, ясно говорит: если не будет обеспечена мобильность рабочей силы на рынке труда, усилия по переобучению и попытки пристроить безработного будут малоэффективны. Эффект, в том числе  и информированности граждан о спросе на рабочую силу, будет лишь тогда, когда у человека будет реальная возможность быстро направиться к месту возможной востребованности. Гораздо проще отважиться на это, если знаешь, что сможешь оперативно найти жилье на новом месте.
          Как решать эту проблему? Прежде всего, признать, что ставка на ипотеку в условиях нашей страны была стратегической ошибкой. Думаю, теперь уже всем понятно, что результат программы «Доступное жилье», в основе которого лежит идея ипотечного кредитования индивидуального жилищного строительства, оказался в целом прямо противоположным от задуманного. Цены на жилье взлетели до такой степени, что большинство россиян окончательно расстались с мечтой стать собственниками жилья.
          Основной порок нашего подхода к ипотечному кредитованию заключается в том, что он повторяет западную модель, однако при этом не учитывается, что там ипотека ориентирована, прежде всего, на средний класс. Даже в США, где доходы населения намного выше и кредитная система действует не одно десятилетие, именно неспособность заемщиков рассчитаться по ипотечным кредитам, стала спусковым крючком для мирового финансового кризиса.
          А что говорить о нас? Ведь социально-экономическая система России образца начала XXI столетия во многом воспроизводит особенности России начала прошлого века. Когда еще дедушка Ленин отмечал, что главной особенностью российского капитализма является то, что он - монополистический.
          В основе нашей экономики и сейчас лежит крупный капитал, а отнюдь не капитал мелких и средних предпринимателей. Ситуация усугубляется еще и тем, что наш капитализм становится все более государственно-монополистическим и сырьевым. А это неизбежно ведет к сверхконцентрации доходов и ограничению их перераспределения в пользу наемных работников. Именно потому разрыв в доходах между богатыми и бедными в нашей стране один из самых высоких в мире. Среднего класса, в количестве способном играть ощутимую роль и независимого от благорасположения госчиновников, у нас практически нет.
          Однако так ли все у нас безнадежно применительно к жилищной проблеме? Отнюдь нет. Выход подсказывает опять же исторический опыт России начала прошлого века. Тогда основной причиной роста жилищного строительства было возведение так называемых доходных домов, т.е. предназначенных для сдачи в наем. Средний россиянин в начале XX века, как и сейчас, не мог позволить себе приобрести дом или квартиру. Однако в России уже появилось немало крупных предпринимателей, у которых были относительно свободные капиталы, выгодно вкладываемые ими в недвижимость.
          Что следует из этого опыта? На мой взгляд, государственный подход к решению жилищного вопроса нуждается в существенной корректировке именно с учетом особенностей нашего национального социально-экономического развития. Мы должны сместить акценты на государственную поддержку инвесторов, вкладывающих средства в строительство доходных домов, и одновременно с этим государство само должно стать инвестором развития доходного жилого фонда. Тем более что оно до сих пор не может с толком пристроить пока оставшиеся еще от нефтяных доходов средства.
          В чем преимущества такого решения жилищной проблемы?
          Первое: жилье действительно станет доступным, так как россиян, которые могут позволить себе снять жилье (при условии развитого предложения на этом рынке, гарантирующего адекватные цены), гораздо больше, чем тех, кто может ввязаться в ипотеку.
          Второе: мы должны отдавать себе отчет в том, что нынешняя стратегия ипотечного кредитования ведет к ощутимому оттоку средств на расчет за кредиты. Это неизбежно ведет к снижению внутреннего спроса и стагнации производства.
          Третье: это легализует рынок сдачи в наем жилья, который сейчас практически на 100% теневой и не попадает под налогообложение. Сложившаяся система найма жилья (особенно это характерно для мегаполисов) превращает человека в заложника-нелегала со всеми вытекающими отсюда социальными и криминальными последствиями.
          Список преимуществ может быть продолжен, но в условиях кризиса главным становится то, что без развитого рынка жилья коммерческого найма мы не сможем обеспечить мобильность рабочей силы на рынке труда.
          Конечно же, тема доступного жилья имеет куда более многостороннее значение. Мы много говорим о демографической проблеме, о том, что Россия банально вымирает. Мы стимулируем рождаемость материнским капиталом. Но, неужели не понятно, что по общагам и углам дети у нынешних молодых заводятся куда реже, чем в отдельных квартирах?
          Тем более что в отличие от советских времен прибавление в семействе уже не способствует получению квартиры, наоборот – оно усугубляет сложное положение молодой семьи. Сегодня рассчитывать на жилплощадь могут только имеющие высокий доход, и нынешнее детородное поколение, понимая это, откладывает рождение детей на потом.
          Можно привести еще массу важных обстоятельств, которые превращают тему доступного жилья в «звено цепи, потянув за которое, можно вытянуть все дело». В данном случае это ДЕЛО – оздоровление социально-экономической ситуации в России и преодоление унизительного состояния российских граждан, не имеющих возможности в стране, претендующей на статус Великой Державы, ни заработать на свое жилье, ни плодиться и размножаться в человеческих условиях, ни хотя бы свободно перемещаться в поисках работы.


ГЕОРГИЙ КИРЕЕВ


19.11.2008



Обсудить в блоге


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.017219066619873