Вестник гражданского общества

Намордник для совести

«Правосудие». Карикатура Андрея Лупина

           Хотелось бы сказать несколько слов по поводу двух недавних событий: одного, пока тихо проходящего, и другого, которое вызвало шквал мнений.
          Про первое. Вот передо мной на компьютере раскрыта «Программа. Общественное развитие Центрального федерального округа на 2008-2012 гг. Москва, 2008 г.», подготовленная на полном серьёзе предстателями президента РФ на основе их понимания генерального принципа сотрудничества власти, бизнеса и общества как партнёров.
          В ней указано, что целью программы является «формирование новых подходов к сотрудничеству общественного и государственного секторов; выработка механизмов такого сотрудничества, совершенствование системы взаимодействия «власть – общественный сектор – бизнес-сообщество»; участие институтов гражданского общества в формировании национальной инновационной системы, поддерживающей инновации на всех уровнях; развитие социальной активности населения ЦФО для решения социальных, культурно-нравственных и воспитательных задач и др.». Наверное, в этой программе есть много хорошего, но в ней нет того, что проявляет острые углы общественных отношений и развязывает узлы, к сожалению, антагонистических противоречий, возникших из-за общественного противостояния власти и общества, власти и народа.
          Более того, уже слышны голоса из среды общественных деятелей о том, что именно эта программа должна стать руководством к действию гражданского общества.
          Программа не выдерживает никакой критики хотя бы потому, что составлена с позиций бизнеса и сохранения всех нынешних общественных противоречий, а общество представлено в ней безгласной и безликой массой.
          Хотя уже давно всем понятно, что сейчас настало время принятия других правил взаимодействия государства и общества, народа и власти. Давно пора уже даже самой власти (я не говорю об обществе – его идеологам надо было это сделать ещё раньше) определиться с теориями и конкретными тактическими и стратегическими задачами. Без этого подобные программы являются лишь очередным намордником для общества.
           И в этом плане очень показателен пример с другим событием - публичным обсуждением вопроса, нужно ли освободить по УДО беременную третьим ребенком и отсидевшую больше половины срока Светлану Бахмину. Среди тех, кто включился эту дискуссию, есть и те, кто считает, что это не настолько важный вопрос, который «так яростно нужно обсуждать и увязывать с действительно острыми публичными вопросами, требующими откровенного и всестороннего обсуждения».
          Моё мнение: они трагически заблуждаются. Ибо до сих пор мотивы и этика судей, прокуроров, силовиков в том государстве, которое нам досталось по наследству, были действительно необсуждаемыми. А, по моему глубокому убеждению, какой в государстве суд – такой и режим. Поэтому, не вмешиваясь и не обсуждая судебный произвол, мы ничего не добьёмся, а сохраним тот «порядок», который есть, и даже ужесточим его ещё более. Поэтому я расцениваю подобное высказывание так: есть тайна официальных отношений власти и каждого отдельного человека, и не надо её трогать своими грязными народными руками!
         Однако сейчас мы начинаем жить в другом государстве. Известно, что все законы государств писаны на основе этики, морали и нравственности. Только они приобрели жёсткий характер. Этически у человека не отберёшь свободу, а юридически – можно. Государство как посредник для превращения этического наказания в физическое, наверное, будет существовать ещё долго, до тех пор, пока будут нарушители закона.
          Сегодня мы, члены общества, обязаны сделать всё, чтобы развернуть законы опять к их истокам – к нравственности и этике. Ибо они начали «саморазвиваться» в сторону насилия над народом. Хватит объяснять нам, что так надо, что так принято!
          Давайте начнём с дела Бахминой! Во-первых, с чего-то конкретного нужно начать, потому что если просто рассуждать вообще, в глобальном масштабе, абстрактно, то вопрос о пересмотре нашего законодательства так никогда и не будет услышан. Во-вторых, как я уже сказал, тайн, особенно тех, на основе чего осужден тот или иной человек, уже не должно быть. Потребовать от руководства страны обнародовать доводы обвинения и защиты по любому делу, сделать их публичными и доступными для общественности – это, действительно, глобальное изменение климата в государстве в сторону потепления отношений власти и общества.
          Мне, например, до сих пор не даёт покоя приговор, который когда-то был вынесен мне самому по когда-то расстрельной статье 93 прим, как директору предприятия за административное, как говорят сейчас, нарушение. Приговор и обвинительное заключение - если их читать внимательно – это бред сивой кобылы, в котором перепутаны фамилии и признано моё одновременное присутствие в двух местах. О каком алиби можно вообще говорить при таком «правосудии»?!
          Мы должны осознать, что голос общества складывается из отдельных наших голосов, а не из хоровиков-подписантов от имени Академии Наук и Художеств.
          К сожалению, не понимают некоторые из нас то важное обстоятельство, что голос любого человека с просьбой проявить милосердие – это не униженная просьба, а твёрдое указание руководителям вернуться к этическим нормам нравственного поведения.
          Конечно, мне хочется проявления большего милосердия со стороны людей, которых я уважаю. Чем, на мой взгляд, отличается просто гражданин от общественника? Гражданин – это человек, в целом активно поддерживающий идеологию и законы государства, в котором он живёт, и требующий от других того же, находясь на командных постах. Но и государство надеется на него в своих действиях. Гражданин трактует происходящее в государстве в унисон с властью. А общественник – это человек, стремящийся к преобразованию государства для лучшей жизни общества.
          В последние десятилетия на арену общественной борьбы вышли и те, кто, борется за права отдельного человека как ценности особого рода. До этого люди рассматривались и государством, и обществом в основном как безликая масса, которой необходимо управлять, в том числе и с помощью судебной власти.
          Права государства и права человека всё время балансируют на правовых качелях. Но уже сегодня можно заметить, что судьи в отдельных случаях в своих решениях стали ориентироваться не только на решения Страсбургского суда, но и благодарить общественных защитников за их давление в сторону прав человека. Конечно, тройка судей – это давно уже пережиток сталинизма. Однако, к сожалению, никаких норм, близких к европейским, у нас в России ещё долгое время не будет. О каких демократических переменах в государстве при таком существе дел в судебной системе можно говорить?! Ведь в государстве тот режим, который отстаивается судом в целом. 
            Наше же правосудие, по сравнением хотя бы с европейским – инквизиторское, склоняющееся в сторону наказаний. Сравните количество оправдательных приговоров тут и там: у нас – менее 1 %, там – до 40 %. Лишь с появлением суда присяжных, да и то лишь в некоторых регионах, да и то лишь в виде эксперимента, ситуация чуть-чуть стала меняться. На фоне такого насилия над личностью при вынесении приговоров суда подавляющее большинство граждан сжилось с мыслью, что так и надо.
          Вот почему такие как я с горечью и близко к сердцу принимаем так называемое гражданское, то есть ориентированное на приоритет государства перед личностью, отношение к этим проблемам. Не корпоративные правила вождизма, большого и малого, должны контролировать государство и его силовые и правоохранительные структуры, а то самое ценное, что существует в душе каждого нормального человека – голос совести.
           Жить в наморднике для совести не хочется! И не важно, откуда он получен – от власти или от оппозиционно настроенных единомышленников.


ГЕННАДИЙ МИРОШНИЧЕНКО


08.11.2008



Обсудить в блоге


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.024224996566772