Вестник гражданского общества

Без серьезной реформы образование и наука в России обречены на гибель

Борис Халаимов «Неучи»

          Сейчас происходит формирование нового российского правительства. Одно из новых назначений в нем - министр образования и науки Дмитрий Ливанов, сменивший на этом посту Фурсенко. Есть мнение, что Дмитрий Ливанов займется реформированием подведомственной ему отрасли, то есть образования и науки. Проблема эта не просто назрела, а уже перезрела.
          На эту тему мне уже приходилось высказываться. Три года назад была опубликована моя статья «О положении в науке и образовании» (журнал «Ректор вуза», 2009, №10, с.36-37). Об этом же говорилось и в моём письме в редакцию «Российской газеты», которое было опубликовано под заголовком «Свобода невыбора».  Актуальность этой тематики побуждает снова обсудить её.
          На протяжении 35 лет, в 1960-1995 годах, мне довелось быть заведующим крупной научно-исследовательской лабораторией в отраслевом НИИ, научным руководителем важных технологических разработок. Об этом рассказано в моей статье «Гибель отраслевой науки», опубликованной в «Вестнике гражданского общества CIVITAS»  . Теперь я - преподаватель, профессор вуза. Через мои руки ежегодно проходит не менее сотни студентов. Поэтому знаю положение дел изнутри.
          Можно сколько угодно рисовать портрет идеального учителя и преподавателя, можно пламенно призывать наших учителей и преподавателей следовать этому портрету. Но от пустопорожней болтовни мало проку. Учитель - это живой человек, такой же бедолага, переживающий все неприятности нашего проблемного общества. У него тоже есть семья с её повседневными заботами, есть дети. Их надо кормить, одевать, обувать, учить, лечить. И делать это нелегко: цены растут, учительская зарплата нищенская, престиж учительского труда падает. Многим родителям просто наплевать на своих детей, и они предоставлены сами себе и улице.
          Нам усиленно внушают, что сейчас положение заметно лучше, чем было 5-10 лет назад. Так ли это? С тех пор положение если и улучшилось, то ненамного. А во многих отношениях продолжает ухудшаться. Вал безграмотности нарастает. Это начинается ещё со школы, продолжается в вузе и самым пагубным образом проявляется в народном хозяйстве, в различных сферах нашей жизни. Не случайно «человеческий фактор» все чаще становится главной причиной аварий и катастроф.
          Надо остановить разгул минимализма в школьном образовании. Бездумные популистские нововведения могут позволить учащимся отказаться от такого предмета школьной программы, как, например, химия. Многие молодые люди, выбирая свое будущее, не видят в нем места для химии. И потому, что она достаточно сложна, и потому, что сам её образ кажется им непривлекательным. Нынешний уровень преподавания химии в школе настолько упрощен, что дальше, как говорится, некуда. Мне как преподавателю не раз приходилось слышать от студентов-первокурсников, что углерод - это газ и что сера - это металл. Многие не могут написать формулу соляной кислоты или поваренной соли, не знают, из каких газов состоит воздух, которым мы дышим, не слышали о наших великих соотечественниках М.В.Ломоносове и Д.И.Менделееве. Поистине эмбриональный уровень химического образования! Притом, что эти ребята - отнюдь не дураки, многие прекрасно работают с компьютерами и мобильными телефонами, водят автомобили. Если освободить нынешних и будущих школьников от обязательного изучения химии, это нанесет огромный ущерб народному хозяйству. Отраслевую химическую науку мы уже благополучно развалили и потеряли способность разрабатывать и внедрять отечественные химические технологии. Теперь, видимо, наступает очередь всей химической науки, а значит - полная потеря кадров для химической промышленности. Понимают ли те, кто занимается этим развалом, что без изучения химии нельзя понять многие другие дисциплины? Понимают ли они, что без химической промышленности окончательно развалятся пока еще работающие немногие отечественные производства пластмасс, каучуков, лекарств? Понимают ли они, что без химической отрасли и всех смежных отраслей страна не сможет поддерживать в безопасном и работоспособном состоянии свой огромный ракетно-ядерный комплекс? Сознают ли, куда ведет такая милая забота о «свободе выбора» подрастающим поколением направлений своего фундаментального образования?
          В образовании назрели неотложные меры по повышению его качества в увязке с текущими и перспективными потребностями народного хозяйства. Необходимы новые образовательные стандарты, с уходом от чрезмерного теоретизирования и приближением к специализации и профилю работы будущего молодого специалиста. Требуется увязка работы вузов с работодателями и, возможно, хоть какое-то подобие распределения выпускников для работы по специальности. Жизнь показала, что предоставление учебным заведениям полной самостоятельности в наших условиях ведёт к снижению качества образования. Нужна эффективная система контроля за деятельностью учебных заведений: за соблюдением образовательных стандартов, за качеством чтения лекций и проведения практических занятий, за объективностью всех видов проверки знаний учащихся, за недопущением перегрузки преподавателей в ущерб качеству их работы, за прозрачностью расходования бюджетных и внебюджетных средств. Нельзя допускать чрезмерного распространения платного образования. Особенно недальновидно и аморально отлучать от образования способных детей малообеспеченных родителей. Не умаляя важности проведения научных исследований в вузах, необходимо подчеркнуть, что основным критерием оценки их работы должна быть всё-таки образовательная деятельность.
          Необходимо, наконец, решить застарелую проблему зарплаты преподавателей вузов. Зарплата вузовского профессора ниже, чем у рабочего на промышленном предприятии и намного ниже, чем у секретарши в преуспевающей коммерческой фирме. Чего уж говорить о доцентах и лаборантах... Низкая оплата преподавательского труда прямо влияет на качество преподавания. В такой обстановке размножаются преподаватели, которым невыгодна высокая успеваемость студентов. Они не утруждают себя в учебное время терпеливым и доходчивым разъяснением студентам сложных вопросов. Зато они очень любят сами задавать студентам сложные вопросы, ставить массовые «неуды», а затем исправлять их на «уды» при условии оплаты студентами так называемых «дополнительных занятий», которые проводятся теми же преподавателями в тех же аудиториях. С этим можно было бы мириться, если бы такие «дополнительные занятия» действительно давали студентам дополнительные знания. Но этого, как правило, не происходит, единственным результатом является перетекание некоторой суммы от студента в карман преподавателю. Такая форма «обучения» - опасная разновидность взятки, дискредитирующая саму сущность образования. Это необходимо выявлять и решительно пресекать, так же, как все еще распространенную продажу дипломов и аттестатов.
          Вообще, пора кончать бахвалиться достижениями в науке и образовании. Отдельные достижения (а они есть) не отражают в целом безрадостного положения дел. Критерием успехов здесь, в конечном счёте, может быть только реальный рост социально-экономического потенциала страны. А пока что, несмотря на внушительную армию профессоров и академиков с их реальными или придуманными достижениями, страна никак не может выбраться из разряда отстающих. Вместо реальной разработки и освоения отечественной промышленностью новых технологий и новых видов продукции идут высокопарные и пустые рассуждения о «коммерциализации» научных достижений, плодятся малые предприятия, призванные заниматься этой самой «коммерциализацией». В условиях, когда серьезной научной работой заниматься невозможно, а зарплату получать надо, происходят возмутительные вещи. Респектабельные и седовласые ученые мужи не гнушаются прямого плагиата: переписывают слегка подновленные тексты из одной статьи в другую, расширяя таким образом список своих «научных трудов». Дело доходит до того, что заимствованные из интернета зарубежные научные статьи переводятся на русский, слегка видоизменяются и под новыми заголовками публикуются как собственные. Ученые советы продолжают по инерции штамповать кандидатов и докторов наук весьма низкого качества. Плодится армия дипломированных «ученых» с текстами диссертаций, которые как две капли воды похожи друг на друга. Создаются сомнительные и никчемные «изобретения», с целью последующей их «коммерциализации». Вот где благодатная почва для очковтирательства, взяток и откатов!
          В обстановке круговой поруки одни посредственности тянут в науку других, плодят учеников и последователей. Это - уникальная особенность нашей страны, где десятилетиями существует архаичная, кастовая и коррумпированная система подготовки научных кадров. Ничего подобного давно уже нет в наиболее развитых странах, например, в США, далеко опередивших другие страны по числу пионерских изобретений и их практической реализации. Нелишне вспомнить и опыт советских пятилеток. Ныне он усиленно охаивается и высмеивается. А зря! Страна с нуля планомерно создала науку, образование, технику, промышленность. В 30-е годы, во время Великой депрессии, США перенимали у советской страны опыт планового развития экономики. А мы в 90-е годы в одночасье уничтожили планирование, оставив народное хозяйство без плана, без рынка и вообще без всякого управления. Результаты не заставили себя долго ждать.
          Думается, всё-таки не обойтись без серьёзной реформы РАН с её институтами, без создания по-настоящему дееспособных научно-технических комплексов, без усиления государственного управления в научно-технической сфере. Возник опасный порочный круг: нехватка квалифицированных учителей порождает безграмотность учеников, последняя приводит к безграмотности будущих учителей и т. д. Особенно опасна возрастающая нехватка учёных среднего возраста. Подготовка таких учёных занимает 5-10 лет после окончания вуза. Быстро заполнить эту нишу, даже влив в науку крупные денежные суммы, невозможно. Здесь требуется планомерная и продолжительная работа. Необходимы срочные меры и по восстановлению прикладной науки. Она развалена, а без неё невозможны разработка и внедрение новых наукоёмких технологических процессов. Только в оборонных отраслях положение ещё терпимое. Но надолго ли? Ведь в экономике всё взаимосвязано.
          Положение усугубляется ещё и развалом отечественной экспериментальной базы для научных исследований. Нами командуют чиновники, преисполненные самых лучших намерений, но зачастую не представляющие себе специфики научного исследования или технологической разработки. Они с апломбом твердят: надо финансировать не институты, а их конечные результаты; надо платить только тем учёным, кто выдаёт на гора много цитируемых публикаций, и так далее в том же духе. Они искренне убеждены, что таким путём они стимулируют научную работу. Но они не понимают, что учёный-экспериментатор работает не дома на кухне и не в чиновничьем кабинете, что он не выковыривает ценные результаты из собственного носа.
          Чтобы были результаты, учёным-экспериментаторам нужны институты с их разветвлённой и сложной инфраструктурой, нужны хорошо оснащённые лаборатории, дорогие современные приборы, установки, вспомогательные материалы и т.д. Всё это, в свою очередь, требует развития соответствующих отраслей промышленности и многолетнего труда. Как же можно не финансировать экспериментальную базу, её многолетнее поддержание на работоспособном уровне? Каждому, кто сохранил хотя бы элементы здравого смысла, совершенно ясно, что финансировать необходимо и институты, и лаборатории, причём, хорошо финансировать, чтобы их экспериментальная база могла планомерно развиваться и пополняться образцами новых средств научного исследования.
          Другое дело, и это очень важно, чтобы был оперативный и компетентный контроль за результативностью работы научного учреждения и работающих в нём учёных. За выдающиеся результаты следует, как это делается за рубежом, выплачивать премии-бонусы. Они должны быть не символическими, а достаточными для того, чтобы учёный, сделавший крупное открытие или пионерское изобретение, становился по-настоящему богатым человеком. Сильная мотивация труда, компетентность и условия для работы - вот три кита, на которых во всём мире держится высокая наука. С этими составляющими у нас пока дело обстоит из рук вон плохо.
          Самое же главное в рассматриваемой проблеме - возрождать и развивать отечественное производство, реальную экономику. Современный цивилизованный рынок - это реальная, а не спекулятивная экономика. В спекулятивной экономике возможна «коммерциализация» псевдонаучных поделок, но не может быть настоящего научно-технического прогресса. Только в реальной экономике могут быть по-настоящему востребованными и наука, и образование. Хотелось бы надеяться, что сказанное будет учтено в деятельности нового министра образования и науки Дмитрия Ливанова.


ВЛАДИСЛАВ ФЕЛЬДБЛЮМ


29.05.2012



Обсудить в блоге


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.019855976104736